Поговори, душа, со мной,
Открой неведомую тайну —
Судьбой начертан путь земной?
Иль, может, он слепой, случайный?
Маяк нетленного огня,
С рожденья и до упокоя,
Ведёшь ты грешную меня
Мне неизвестною тропою.
Куда? Зачем? Каков итог
Очередного воплощенья?
Чтоб даровать Всевышний мог
Тебе святое всепрощенье?
А я? Лишь временный приют?
Послушная марионетка?
… показать весь текст …

Мы вырастаем из всего… Сначала
кроватка стала тесной — в ней качала
тебя заботливая мамина рука…
И вот уж маловат слегка
костюм, что куплен был на вырост —
ты как-то за ночь взял и вырос!
Но это мелочи пока…

Потом вдруг, в одночасье, тесно
в любимых станет интересах —
им суждено наверняка
истлеть в семейных сундуках.
А на носу — твой выпускной экзамен,
и ты совет уже не слышишь мамин,
… показать весь текст …

Пробил стрелою солнца луч
Навес тяжёлых, сизых туч…
В который раз передо мной
Блестит спокойных вод стеклярус
И, ослепляя белизной,
Мелькает «лермонтовский» парус…
Обманчив парус и покой —
По воле-прихоти морской
Вот-вот исчезнет, растворится…
Но в круговерти божьих дней
Всё это снова повторится
Ещё светлей, ещё ясней —
Лодчонкой малой у причала,
Где жизнь берёт своё начало,
… показать весь текст …

Когда, в отчянье впадая,
Свернувшись в путаный клубок,
Душа в агонии пылает,
От крайности на волосок, —
В тот миг, казалось, безутешный,
Чуть слышным шёпотом нездешним
От роковой черты поспешной
Её отводит голосок;
Тишайшим, как дыханье ветра,
Легчайшим ангела крылом,
Незримо-явственно и щедро
Окутав ласковым теплом, —
Так землю к жизни пробуждает
Любви божественный поток,
… показать весь текст …

Отпусти на волю птицу!
Ей не место в тесной клетке.
Для чего даны ей крылья?
Для свободного полёта!

Отпусти на волю мысли,
Что мучительны, тревожны…
Пусть летят они, как птицы —
Легче станет на душе!

Отпусти на волю радость —
Полетает и вернётся,
Принесёт на крыльях счастье,
Что заслуживаешь ты.
… показать весь текст …

Память моя, престарелая строгая дама,
Сентиментальнее с возрастом стала — совсем как девчонка.
Зачем-то хранит она горы ненужного хлама,
Перебирая сухою, дрожащей ручонкой.
Повадилась давеча номером телефонным
Выстукивать ритмы в моей голове.
Ей ли не знать: нет такого, ещё со времён оных!
Однако настойчива в глупом своём озорстве…
До чего довела! — поддалась её уговору,
Набрала их, шесть приснопамятных чисел… Зачем?
Тишина гробовая ответила мне с укором.
Посмеялась старуха, оставив ни с чем…
Номер — код: в нём полжизни моей запечатано,
А напомнил лишь то, что хотелось забыть!
… показать весь текст …

Пускай пройдёт хоть тыща лет —
Всё будем сетовать на жизнь-злодейку:
Один на поезд «Счастье» взял билет,
Другой — на одинокую скамейку.

Но не поймёшь, кто проиграл из них,
Кто — оказался у судьбы в фаворе,
Ведь счастье не зависит от других,
И одиночество — отнюдь не горе.

Не много тех, кто счастливы вдвоём,
Кому семья — и радость, и опора.
Таких, поди, не сыщешь днём с огнём,
А остальные — что ни день, в раздоре.
… показать весь текст …

Они все там, откуда нет возврата.
Любимых лиц тускнеют образа…
И притупилась боль былой утраты,
И редко-редко скатится слеза.

Но что за силой обладают годы!
Теперь всё чаще вспоминаешь их —
Кого небесные давно забрали своды
И голос чей давным-давно затих…

В день памяти зажгу привычно свечи,
Чтоб помянуть всех тех, кого люблю,
Воспоминаний острою картечью
Себе безжалостно я сердце разобью.
… показать весь текст …

Не мечтаю ни о чём,
В настоящем пребываю —
Дух иллюзий уличён
И трусливо улетает.

Не встревожит даже тень
Боли, слёз и огорченья —
Гладит плечи тёплый день
Солнечным прикосновеньем.

Научила отпускать
Всё вчерашнее с улыбкой,
Философски принимать
Заблужденья и ошибки.
… показать весь текст …

Смотри, деревья тянутся друг к другу,
Они, как люди, в одиночестве страдают,
И ветви, словно руки, простирают,
Чтобы обнять подругу или друга…

Нет в мире тех живых, кому по нраву
Весь век отпущенный томиться одному.
Мы наказаньем называем потому
Любую изоляцию по праву…

Качались деревья, шумела листва,
Призывно манил его зов естества,
Стремился безудержно он год за годом
Вернуться к истокам, в родную природу…

И вот, наконец, своенравный цветок
Разбил, словно цепи, тяжёлый горшок,
Совсем уже близкой казалась свобода…
Но всё ж подчиниться пришлось садоводу.

Взглянув, тот подумал весьма прагматично:
«Разросся ты, милый мой, до наприличья!..»
И вскоре посажен был в новый горшок
Вольнолюбивый, отважный цветок…
… показать весь текст …

Не стихи, не афоризм,
Не частушка с эпиграммкой —
Так… безделица, каприз,
Подпись в две строки под рамкой:
«Всё, как известно, начинается с яйца,
Включая прародителя -Творца…»

Апрель расцвёл! Как будто нипочём
Ему людские муки и терзанья.
Он творчеством высоким увлечён —
Творит Любовь, не требуя признанья.

Стеснительно скромны его цветы,
Прозрачны краски и негромки трели,
И помыслы художника-апреля,
Хоть и возвышенны, но всё-таки просты:

Утешить, обнадёжить, пробудить,
То солнцем, то дождём пейзаж рисуя.
И, может быть, на песню вдохновить —
Не пропадут его старанья всуе:
… показать весь текст …

Я мысленно спросила у цветка:
«Зачем так радостно твоё цветенье,
И каждый миг его — восторг и упоенье,
Когда вся жизнь, как сновиденье, коротка?»

Почудилось, ответил мне цветок,
Своим душистым ароматом вея:
«Да, в царстве Флоры есть всему свой срок!
И потому я так от счастья млею —
Исчезну скоро!.. Но к чему мне грусть?!
Ведь смерти нет! И я вернусь!..»

I.
Цветок, засохший у страниц в плену,
напомнил мне историю одну…
Во времена Елизаветы,
в туманном Лондоне, один
учёный жил… Сей господин
(чудак, должно быть, по приметам)
Немолод был, и звался Богус.
Вертя библиотечный глобус,
он знай себе уж четверть века
писал трактат про человека.
Всю жизнь решил отдать ему!
(уж лучше бы писал о рыбках!) —
С десяток книг о человеческих ошибках
… показать весь текст …

III.
Сестра у Богуса была,
и по всему — не столь мудра,
коль замуж вышла, родила…
Но, к сожаленью, умерла.
За ней супруг покинул бренный свет
(в трактат сия ошибка включена!),
сироткой славная девчушка шести лет
осталась, горюшка хлебнувшая сполна…
И приютил её из жалости старик.
Но среди пыльных рукописных книг
смотрел на девочку, вне всякого сомненья,
как на объект для изученья…
IV.
… показать весь текст …

…В раздумьях день прошёл и вечер.
Давно уже погасли свечи.
Сидел над рукописью Богус.
Нахмурившись, крутил свой глобус:
«Так неужели вправду мы
всех маленьких любить должны?
Ведь взрослые за них в ответе!..
Не столь наивны эти дети…
Что ж, это… хм… меняет дело…
Главу придётся переделать…»
VI.
А далее… В свой день рожденья,
зайдя в хранилище науки и ученья,
увидел Богус на окне горшок цветочный,
… показать весь текст …

VII.
Не странно ль?! — Вот уж сколько дней
(как только стало потеплей),
в прогулках с девочкой по паркам городским
пренебрегал учёный детищем своим.
Нет, не забыл, но что-то вдруг заклинило! -
Не находили подтверждения у Плиния
И у других столпов мудрейших
прогулок тех открытия новейшие…
Но ничего нет удивительного в том!
Годами он не покидал свой дом!
Каким чужим трактат вдруг показался!
Мир внешний, за порогом, не вязался
с его системой мирового зла,
… показать весь текст …

Он — не взрослеющий малыш,
Чувствительный, порой строптивый,
Его покоем дорожишь
Как миром после сцен ревнивых.

Он любит дом и тишину —
Что, в общем-то, благоразумно, —
И, чтоб не чувствовать вину,
Я сторонюсь тусовок шумных.

Теперь стезя у нас одна,
И мы почти во всём согласны,
А ведь бывали времена —
Сплошь в расхождениях опасных!
… показать весь текст …

Жизнь словно качели — то взлёт, то паденье,
то грусть от потерь, то восторг обретенья.
Вчера всё казалось серьёзным и срашным,
сегодня вдруг стало смешным и мультяшным.

Такое у жизни особое свойство —
с утра пробудить, усмирив беспокойство.
Понять бы зачем, гневно щуря глаза,
так долго в душе громыхала гроза.