Исполнение самых сильных наших желаний часто бывает источником величайших наших скорбей.

А больше всего нам мешает то, что мы слишком скоро начинаем нравиться самим себе.

Язык правды прост.

Избыток пищи, мешает тонкости ума.

Дружба и любовь, несомненно, имеют сходные черты. О любви даже можно сказать, что она есть безумство дружбы.

Свои способности человек может узнать, только попытавшись приложить их.

Пьянство — это добровольное сумасшествие.

Верность друга нужна и в счастье, в беде же она совершенно необходима.

Главный враг мудрости — мудрствование…

Выбери того, чья жизнь и речь, и даже лицо, в котором отражается душа, тебе приятны; и пусть он всегда будет у тебя перед глазами либо как хранитель, либо как пример.

Не видеть спокойной жизни тому, кто слишком много думает о ее продлении.

Тяжело привести к добру моралями, легко-примером.

Неужели природа, дав нам такое небольшое тело, наделила нас ненасытной утробой так, что мы побеждаем алчностью самых огромных и прожорливых зверей? Ничуть нет! Природа довольствуется малым! Много ли воздается природе? Нам дорого обходится не наш голод, а наше тщеславие. Тех… кто подчиняется желудку, мы должны причислить не к людям, а к животным, а некоторых даже не к животным, но к мертвецам. Жив тот, кто многим приносит пользу, жив тот, кто сам себе полезен

Одно из условий выздоровления — желание выздороветь!

Если прочтешь что-либо, то из прочитанного усвой себе главную мысль. Так поступаю и я: из того, что я прочел, я непременно что-нибудь отмечу.

Природа устроила так, что обиды помнятся дольше, чем добрые поступки. Добро забывается, а обиды упорно держатся в памяти.

Жизни первый час жизнь на час убавил…

Глупость — вещь унизительная, гнусная, презренная, рабская, подвластная многим жестоким страстям.

Что жалеть о потерянной вещи, что бояться её потерять — одно и то же.

Есть только одно подлинное свободное искусство-то, что даёт свободу: мудрость, самое высокое, мужественное и благородное из них, а всё прочее-пустяки, годные для детей.