Одиночество — это дар Божий, пока кто-нибудь однажды не сломит его отсутствием себя.

Вкус и мера — пожалуй, лучшее, что может быть в человеке, и выражается это не тем, что ты носишь, а тем, что ты несёшь в себе…

На Горний пьедестал взошла луна —
Печальный лик смиренного пророка.
И пролилась такая тишина,
Что даже было слышно голос Бога…

И в вещем гуле Млечного Пути,
И в холоде пылающих созвездий
Мерцал огонь померкнувших Светил
Уже тысячелетия безвестных…

Где тлен веков падет на тлен святынь,
Где Свет еще незримее для зрящих,
Опустится, дрожа, Звезда Полынь
И красота ее омоет спящих…
… показать весь текст …

Тело наше — оргАн, поющий сообразно тому, на какие клавиши души и сердца наступает жизнь, преобразуя окружающую Вселенную в атрибут существования Себя.

То, что казалось раньше обыденностью, оказывается было праздником.

Жил-был мальчик, у него было много друзей, он всегда всем помогал, всех выручал, вытаскивал из неприятностей, даже если у самого не было возможностей. К нему навязчиво лезли со своими заботушками, бедами, он выслушивал и иногда давал советы. Он стал циничным, но не перестал помогать. И вот случилась беда, не такая уж беда бедовая, но он почти опустился на дно и ничего не помогало. И друзья, никто не помог. Он остался один. И он перестал быть добрым. Он стал резким, даже грубоватым. Но за его твёрдостью и жёсткостью скрывалась теплота и нежность. И лишь тесно соприкоснувшись можно это было прочувствовать. Человек глубже, чем мы можем предположить.

Мне очень понравилась надпись в музее Прадо: «Бережно относитесь к тому, чего не понимаете. Это может оказаться произведением искусства».

Вырванные страницы оставляют намного больше следов, чем перевёрнутые…

Шрамы на сердце могут оставить только горячо любимые люди, остальные оставляют лишь следы, которые со временем стираются.

Безмолвие нянчит рассудок.