Как жаль, что тем, чем стало для меня
твое существование, не стало
мое существованье для тебя.

Если ты хоть раз, поддавшись страху, согнёшь спину, участь твоего позвоночника решена: ты согнёшь её снова.

Мало того, что нужно жить, ежемесячно надо еще и платить за это.

Чем богаче эстетический опыт индивидуума, чем твёрже его вкус, тем чётче его нравственный выбор, тем он свободнее — хотя, возможно, и не счастливее.

Человек — не сумма того, во что он верит и на что он уповает. Человек — не сумма своих убеждений, человек — сумма своих поступков.

Всячески избегайте приписывать себе статус жертвы.

Мир, вероятно, спасти уже не удастся, но отдельного человека всегда можно.

Свободный человек, когда он терпит поражение, никого не винит.

Я ищу. Я делаю из себя человека.

К сожалению, в наши дни не только ложь, но и простая правда нуждается в солидных подтверждениях и доводах.

— А что ты понимаешь под любовью?
— Разлуку с одиночеством.

Печальная истина состоит в том, что слова пасуют перед действительностью.

Море внешне безжизненно, но оно полно чудовищной жизни, которую не дано постичь, пока не пойдёшь на дно.

Любовь сильней разлуки, но разлука длинней любви.

Прекрасное ничему не угрожает…

Со смертью не всё кончается

Самая надежная защита против зла состоит в крайнем индивидуализме, оригинальности мышления, причудливости, даже — если хотите — эксцентричности. То есть в чем-то таком, что невозможно подделать, сыграть, имитировать; в том, что не под силу даже прожженному мошеннику.

…Книги стали первой и единственной реальностью, сама же реальность представлялась бардаком или абракадаброй… существование, игнорирующее нормы, провозглашенные в литературе, второсортно и не стоит трудов.

«Я еврей, русский поэт, английский мыслитель, американский гражданин», —
так ответил Иосиф Бродский на вопрос о его самоидентификации после того, как стал лауреатом Нобелевской премии по литературе в 1987 году.

.
Отрывок из знаменитой речи Иосифа Бродского, которую он произнес на стадионе в декабре 1988 года перед выпускниками Мичиганского университета. Тогда критики и другие умные люди посчитали её «неуместной», «политически некорректной», а кое-кто умудрился усмотреть в ней даже расизм. Но Бродский — вне предубеждений, времени и пространства.

«Рассматривайте то, что вы сейчас услышите, просто как советы верхушки нескольких айсбергов, если так можно сказать, а не горы Синай. Проигнорируйте их, если…
… показать весь текст …