Не люблю, когда кто-нибудь стоит за спиной, если даже за спиной стоит самый близкий человек, хотя доверяю этому человеку как самой себе. Мне почему-то становится трудно дышать, и я как-будто теряю последнюю свою энергию. Если стоящий за спиной заговорит, мне становится зябко, по моему телу пробегают «мурашки» и я невольно поеживаюсь. Наверное, включается защитная реакция древнего инстинкта, заставляющего опасаться крадущего врага. Поэтому и сама стараюсь не стоять у людей за спиной так близко без надобности, разве только иногда приходится стоять в очереди, но стараюсь не подходить так близко к людям со спины.

Лет 20−25 назад, родители, также и учителя ставили в угол детей за любые шалости. Такие поступки учителей меня возмущали так сильно, еще в детстве. Правда, меня в угол ставили в моей жизни всего два раза. Но эти ненавистные моменты моей жизни я не забуду никогда. Мне тогда казалось такой прием воспитания учеников унизительным, когда ребенок стоит весь урок перед всем классом, показывая только спину. Ведь среди учеников были разные по характеру ученики, некоторые из них любили устраивать «подлянки»: кто-то кидал бумажки, кто «плевался стрелялками».
И ты, самое главное, ответить никому не можешь. Не знала я еще тогда, какую энергию высасывали углы и посылали в бедняжку «отравленные стрелы». Теперь, наверное, об этом осведомлены родители и учителя, такого приема воспитания не наблюдается, слава Богу…

Чтобы удержать человека рядом, с кем много общего, если он дорог, просто нужно сохранять дистанцию всегда, не нужно навязываться и влезть в его душу. И, тем более, не нужно его «душить» своей любовью, если даже сильно его любишь.
И не нужно повторять слова любви без конца и от него требовать того же.
Просто нужно поверить ему, и он сам откроется и не уйдет никогда.

Иногда люди искажают факты коллективно.
Искаженные факты остаются в общей памяти.
Это явление называют эффектом Манделы.
И Хрущев не стучал по столу своим ботинком,
Со словами «Мы вам покажем Кузькину мать».
И Моно Лиза не хмурится, просто улыбается.
Таких примеров в истории тысяча, не менее.
Люди дополняют общую память домыслами,
Чтобы сделать историю более эффективной.

Эффект Барнума применяют в астрологии
И в других манипулятивных технологиях.
Получают легкие деньги доверчивостью,
Желанием людей поверить в пророчества.
Так часто астрологи составляют гороскопы,
Обманывая людей посредством общих фраз.
Так работают шарлатаны-маги, экстрасенсы.
Внушают установки, предсказывают судьбу.
Слабостью людей зарабатывают свои деньги.
Ведь человек по своей природе любопытен.
Верит в свою исключительность и важность.
И не прочь он получить этому подтверждение.
Чаще личные проблемы и неудачная судьба
Подталкивают людей обратиться к гадалкам.
… показать весь текст …

Улыбайтесь почаще, господа!
Улыбка — это паспорт доброты.
Ведь улыбка раскрывает душу.
Улыбка отличается от улыбки.
Кто-то улыбается, хмурив лицо,
Искривляя уголки своих губ.
Показывает ненависть ко всему.
А кто часто улыбается глазами.
Глаза светятся искренностью,
С пожеланиями добра и радости.
Почаще улыбайтесь, господа!
Пусть ваши улыбки светятся
Лишь солнцем и радугой счастья!

Уничтожает человеческую душу
Не ненависть, не безразличие,
А самая смертоносная эмоция,
Страшное оружие — презрение.
Уничтожает оно свою жертву.
День ото дня, унижая до предела.
Показывает такое пренебрежение,
Что становится зябко и холодно.
Презрение разъедает как кислота,
Все благородные чувства другого
Презрение наносит «презренному»
Огромное смятение в его душу.
Уничтожая свое достоинство и веру,
Вызывая лишь негативные эмоции:
… показать весь текст …

Человеку прозрение приходит на краю бездны или на смертном одре, когда за минуту перед глазами проносится прожитая жизнь: все совершенные ошибки; несовершенные дела; все сказанные и несказанные слова; кого хотел простить, не простил; кого хотел любить, «недолюбил». Начать бы жизнь с начала…
Наверное, будут те же ошибки. Потому что, это просто жизнь.

Она прозрела только тогда, когда почувствовала его презрение.

Человек, который не может открыто проявить свое презрение к людям, он постепенно превращается в циника.