Сотни огней впереди. Тысячи тонких линий оплетают руки и соединяют мгновения счастья в одну гирлянду. Сияй, но не гори. Почитай, но не твори кумира.

Неповторимый лесной воздух. Я называю его «сокровищем Вселенной», «песней жизни» и «лучшим сочетанием неба и земли». Когда реки текут в одну сторону, лес провожает их хвоей. Это место, не подвластное времени, сочетание тихой радости и яркой печали. Ступил на лесную тропинку — будь уверен, впереди тебя ждет разговор с чем-то Высшим, находящимся за пределами понимания. Это будет передача опыта и вдохновения из рук в руки. Из хороших рук в хорошие руки.

Главное — держись за деревья, внемли пению птиц и шуму придорожных кафе в особенно приближенных к цивилизации уголках. А там посмотрим.

Так оно бывает, что люди лгут.
Даже если клянутся в ином.
Мне как будто к спине приложили прут,
заодно опалив огнем.

Я — машина, бензин для которой — смерть,
но не близких и не друзей.
А теперь…
я бы сам хотел умереть.
И встретиться снова с ней.

Я упал на колени. И мне не встать.
Слишком горький, тяжелый груз.
Я так много хотел бы тебе сказать,
… показать весь текст …

Не прекращай. А иначе — уйдет весна,
Где же ловить нам сны при таком раскладе?
Впрочем, особо нам будет и не до сна.
Он затеряется в пепельном чувствопаде.

Я побывала на самом дне. И больше туда не хочу.
«Берег, мой берег, вернись ко мне!» — всем берегам кричу.
Я посмотрела на все миры, куда бы могла попасть.
Боже, спаси меня. Боже, спаси! Не дай мне туда упасть!

Я — алкоголик, разбивший о землю полный стакан.
Я — наркоман, проживавший до. Не закрывавший кран.
Воздух меня окунул в мороз, щиплет своей рукой.
И внутри, будто росток, пророс сердца удар двойной.

Белая лошадь взбивает снег, мордой ласкает плечо.
Мы переходим с шага на бег. И сердцу теперь горячо.
Жмурюсь от ветра, лучи ловлю. Солнце рядом бежит.
Чувствую. Чувствую, что люблю. Как все внутри горит.
… показать весь текст …

Приезжает редко.
Часто врёт.
Ссоримся…
Ругаюсь… Бью
посуду…
Просит о прощении.
Берёт…
И по новой… клеит
веру в чудо.
Я не открываюсь до конца.
Говорю, что я его
потеря.
Но черты любимого
лица
… показать весь текст …

Оттого, что небо бывает чёрно,
Не ценней ли, девочка, синева?
Не жалей о том, что сажала зёрна —
Пусть местами выросла трын-трава,

Поклевали вороны-ястреба всё —
Журавли залечат досаду ту.
Улыбайся, девочка, улыбайся
На обиды, зависть и клевету.

Понимаю, девочка, сводит скулы,
Только мир утопий недостижим!
Оттого, что в море живут акулы,
Разве стало море тебе чужим?
… показать весь текст …

Больше не надо ни грабель, ни дней сурка.
Пусть будет так — многолюдно, пустопостельненько…
Даже не дотянула до понедельника —
И начала забывать тебя с четверга.

И ничего не случилось, и нет беды.
Я не играю в затворницу, ты — в затворника.
Да, мы, конечно, увидимся — вечер вторника.
Но, безусловно, расстанемся до среды.

Что ни скажу — ерундистика и пурга.
Нечего с криком бежать — буду молча пятиться.
Вылечит время. И скоро наступит пятница.
Я начала забывать тебя с четверга.

От удивления обалдели,
Головы к небу задрав, разини —
Яркое зрелище, в самом деле:
Маленький феникс в пространстве сини.

В облако белое, перьевое
Мчится с отвагою стратонавта…
— Мама, а небо — оно живое?
Мам, хорошо, что мы птицы, правда?

Детское крылышко не окрепло,
Быстро уставший, летит к платану…
— Мам, а зачем восставать из пепла?
Можно, я им вообще не стану?
… показать весь текст …

Иван Царевич любил не дуру,
А Мэри Поппинс, как верный пёс,
Но та ценила свою фигуру —
И вскоре ветер её унёс.
Царевич с горя пульнул стрелою —
Мол, кто поймает — женюсь, ага!

— Ну здравствуй, Ваня! Забудь былое!
Я тоже баба! Хотя Яга!
Чего, мечтаешь о недотроге?
Во мне ты, Ванька, не видишь лоск!
Моей избушки курины ноги,
Но в энтих девках — куриный мозг!
На что ж их, Ваня, тебе тела-то!
… показать весь текст …