«Если нечего сказать, помолчи», —
так я думал про себя и молчал.
Для молчания не нужно причин,
ни для крупного, ни по мелочам.
Я в молчании до ручки дошёл,
на себя рванул, а там — тишина…
И подумал я тогда: хорошо! — 
будто рыба взрывом оглушена.

Будто выцвел, опустел нотный лист,
будто звукам залепили уста,
будто музыку глухой пианист
только с этого играет листа.
Так трахею разрезает клинок,
… показать весь текст …

Город, дом и…

В доме том,
в котором нет меня,
Тапочки пылятся под диваном,
Кран слезится в неумытой ванной,
Тень ластится к бра из хрусталя…
В городе,
в котором нет меня,
Облака плывут, резвится ветер
И в песочнице играют дети…
Дети, что родились,
но не я.
В этой пьесе не было меня…
… показать весь текст …

Нас сделать пытались мудрей, покорней:
Нам ветки ломали, нас рвали с корнем.
Нас били по нашим звериным ликам,
А мы отвечали звериным рыком.
Стреляли по нашим змеиным шкурам,
А мы хохотали: мол, пуля — дура.
Когда ж нас бросали — с небес на землю, —
Вновь вверх по ступеням мы шли (по тем ли?).
Как нас посылали! В какие дали…
За стойкость не выдал никто медалей.
Исчезли в тумане надежды-веры,
И только любовь ещё треплет нервы.
Вот так и живём: каждый третий — лишний,
И нет ничего, кроме пьяной вишни,
… показать весь текст …

Все это было. Кажется, в прошлую среду.
Скажешь, что в пятницу. Значит, пусть будет в пятницу.
Миленький мой, девочки в двадцать слепы.
В тридцать мудры — и вам это так не нравится.

Мудрость пугает. Мудрость ломает правила.
Значит, игры не будет. Ну или тайная.
Девочкa в двадцать — многое бы исправила.
Девочка в тридцать — каплю рациональнее.

Ценит, что было. И вечером темной пятницы
Все «за» и «против» медленно-верно сводит.
Миленький мой, в тридцать не обижаются.
Делают выводы. Красятся. И уходят.

.
Хочешь гляди, а не хочешь, так не гляди:
Я уродилась с огромной дырой в груди.
Чтобы ночами от ужаса не кричать,
Все родные решили не замечать.
Доктор, порассмотрев на стене ковры,
Через меня, сообщил мне, что нет дыры.
Мама навешала елочной мишуры.
Папа велел мне стыдиться своей хандры.
Я лила в нее кофе, несла цветы,
Чтобы как-то спасаться от пустоты.
Я вставляла туда мужчин, подруг,
Книги, идеи, работу, и все вокруг.
Складывала конфеты и шоколад —
… показать весь текст …

Ты слышал, как растет бамбук?
Ты наблюдал полет фламинго?
Кормил акулу прямо с рук,
Умеешь петь, как сам Доминго?

На древнегреческом читал?
А годовой баланс склепаешь?
Ах, «Камасутру» изучал…
Так почему ж не применяешь?

Не ты ли порох изобрел,
Кроссворд японский смог составить?
Смотри свой долбаный футбол
И не учи картошку жарить!!!

В ответ на боль не мсти, не сквернословь,
Будь светел от рождения до тризны.
И помни: настоящая любовь
Не жаждет крови и не рушит жизни.

Прочность любви заключается только в том, что есть две души, что приходят в совместный дом, что есть две души — и всегда между ними связь: «Ты кушал? Ты в порядке? Ты добралась?»
Тогда у них прочная крыша и теплый пол, тогда им не страшен смерти больной укол, тогда, даже в ссоре, они произносят «мы». И знают — они нужны.
Прочность любви заключается только в том, что нужно построить тот самый совместный дом, чтоб прочный фундамент и окна до потолка, и только в руке рука.
Так хочется — вечности в декабре, так хочется, чтобы повсюду снег, так хочется, чтоб нерушима связь:
-Ну как ты?
-Я добралась…

Сметая всех на своем пути,
Идя по трупам и головам,
Есть вероятность: пять из пяти,
Что точно так же пойдут по вам.
И, улыбаясь чужой беде,
Давая волю пустым словам,
Есть вероятность, что близок день,
Когда беда улыбнется вам.
Понять бы только, что шаткий трон
С собой в могилу не унести.
Покуда на борт не взял Харон,
Еще есть время сказать «прости».
Покуда светлое не мертво,
Понять бы, даже на склоне лет,
… показать весь текст …

Она пережила своих детей,
супруга, двух любовников, трех кошек,
войну, пятнадцать лет очередей,
комплект белья в веселенький горошек,
которому, казалось, сносу нет
(трофейное, еще из Бранденбурга),
аппендицит — и пляшущий ланцет
в руках у в стельку пьяного хирурга
(а может, и не пьяного — как знать.
А шрам… ей-богу, шрам — такая малость),
железную в амурчиках кровать —
она в квартире в Киеве осталась,
когда пришлось уехать в Астану, —
на ней в последний день зачали Мишку.
… показать весь текст …