а я жила и не тужила
не знала ни забот ни бед
пока однажды не явилась
на свет

удавом буду в новой жизни
не нервничать не гнать волну
а если кто обидит просто
сглотну

Ах, что вы, право, господа,
Без следствия и без суда
Приговорили женщину к земле?
А ей бы в воздухе парить,
А ей бы к звездам тихо плыть
В ночной туманной бесконечной мгле…

И вот, сорвавшись с якорей,
За тридевять земель-морей
Сорвется беспокойная душа.
Но вдруг оглянется назад:
Земля сиротски, наугад,
Летит куда-то в пропасть, не дыша.

Как о покое ничего не знает ветер,
Как жизнь не знает ничего о смерти,
Как тьма не знает ничего о свете —
Так нелюбовь не знает о любви.

О том, как та коварна и ранима,
Как бережно хранима и гонима,
И как внезапно и неотвратимо
Она вдруг зарождается в крови.

Не выбирай мужчину по обложке.
Чтоб не оплакивать судьбу, скорбя,
Ищи того, кто на любой дорожке,
Всегда и всюду будет ЗА ТЕБЯ.

— Ох, надо бы в спортзал! — вздыхаю, хмурая.
— Как можно дальше жить с такой фигурою?
Но, оценив всю степень разрушения,
Иду к компьютеру — за утешением.

Моя печаль, откуда ты? — из ниоткуда,
Из пары нот, из полутьмы, из амплитуды
Качелей-мыслей от мечты до сожаления,
И, как ни странно, даже из столпотворения.
Моя печаль — пастельный цвет, моя отрада,
Мое пристанище на час, где мне не надо
Ни утешения, ни слез, ни оправдания,
Мой тихий дом посередине мироздания.

Сегодня я леди, а завтра — простушка,
Сегодня — стройняшка, а завтра — толстушка,
Сегодня я буду примерной женой,
А завтра устрою себе выходной.
Сегодня болтаю, а завтра — молчу.
А просто я женщина. Я так хочу.

Она прибралась в квартире. Потом нарядила елку.
Потом у окна присела и плакала долго-долго…
О том, что нашла немного, но многое потеряла.
О том, что года уходят, и радости в этом мало.
О том, что не в силах вспомнить, что значит — легко на сердце.
О том, как ничтожно мало возможностей отогреться.

Устала. Иссякли слезы. И, зеркалу улыбнувшись,
Подумала: если плохо, по логике — будет лучше?

Не грусти. Что поделаешь — годы берут свое.
Забирают с собой легкость жизни и свежесть лица.
И трусливая мысль, что придется пройти до конца,
В ожидании старости в уши поет и поет…

Не грусти. Не сдавайся вторженью нежданных слез.
У тебя впереди еще столько нечитанных строк!
А Господь больше милостив с нами, чем строг.
Жизнь в любое мгновение — все-таки дар, а не воз!