Казался мне странным смычок над струной,
Как будто бы кто-то, склонясь надо мной,
Ласкал меня нежно, но лаской бия,
Чтоб в страсти душа обнажилась моя,
И вскриком душа, не стыдясь, возвещала: —
«Люби меня! Мучь меня! Мало мне! Мало!»
Казалась мне странной струна под смычком,
Себя узнавал в захмелевшем другом,
В том пальце, дрожавшем вдоль зыбкой струны,
В аккорде, пропевшем глубокие сны: —
Захват — для отдачи и в сладостном плаче
Свершенье — издревле нам данной задачи.

Я не знаю, как же быть?
Продолжать или забыть?
Через улицу, давно,
Из окна смотрю в окно.
И давно ко мне приник,
Сквозь окно, далекий лик.
За воздушною средой,
Манит, нежный, молодой.
Этот лик глядит давно
Сквозь прозрачное окно.
Ближе быть нельзя никак:
Будет как-то все не так.
Нет, не так слились бы мы
В сладкой связи близкой тьмы,
… показать весь текст …

Того человека, что пощады,
как видно не знает,
я люблю безответной любовью…
И от этой любви, так печально на сердце.

На днях я услышала кое-что, о чём раньше никогда не думала. Мне сказали, что когда начинаешь скучать по кому-то, кто ушёл из твоей жизни, нужно напоминать себе, что этот человек каждый день выбирает не быть в твоём настоящем. Он просыпается и решает продолжать молчать. Ему всё-равно, что дистанция между вами растет.

Вуалью вежливых слов
Укрывая грусть и печаль,
Твой голос из вещих снов
О главном ведь умолчал:

О том, что я не вернусь
На берег к той лунной реке
И больше не прикоснусь
Губами к твоей руке.

Женщина может любить всю жизнь…
А в среду перестать.

Вас не должно быть там где вами не больны, ни на секунду не позволяйте себе ощущение ненужности.
А уж если, пришлось, закройте эту «книгу»
И забудьте о ней навсегда.

И я сейчас не о библиотеке.

Чтобы ни говорили о вселенской любви,
А обычная человеческая любовь
сводится к очень маленьким и простым вещам.
Маленьким и простым: налить чаю, обнять,
побыть рядом и принять неидеальность
другого человека, оставаясь рядом с ним
тоже человеком.
Предложить все свои ограниченные способности,
для того, чтобы помочь близкому чувствовать
себя лучше…
И снова делать маленькие и простые вещи.
Маленькие и простые, но от этого
не менее прекрасные.

Умение по- настоящему принимать человека, таким какой он есть,
не пытаясь изменить его с помощью одобрения, манипулирования или принуждения,-это чрезвычайно высокая разновидность любви,
которая большинству из нас даётся очень трудно.
В основе наших страданий, кого-то переделать скрыт эгоистичный мотив: убеждённость, что изменив этого человека, мы обретем
счастье.
В желании быть счастливым нет ничего зазорного, но если мы считаем, что источник счастья не в нас самих, а в чужих руках, —
Мы отрицаем в себе способность изменить жизнь к лучшему
И свою ответственность за это.
Как ни странно, именно принимая человека, мы даём ему возможность измениться при условии,
что он захочет это сделать.