Вера Полозкова

Чтобы был холён,
Чтобы был упрям,
Чтобы «У этой вон — Идеальный прям!»

Мы часто просим другие жизни, чужие судьбы зажав в руке.
А я свою прошу: покажись мне и покажи мне — сегодня с кем
меня скрепляют такие узы, такие нити стянули кисть,
что я сама, словно крепкий узел, и мир мой вижу теперь таким.
Тут ходят, ищут, скандалят, ропщут. То просят смерти, то смерть клянут.
Тут говорят о деталях — в общем и делят общее — на вину:
свою, чужую — не все ль едино, когда любого из нас учтут?
А я — шепчу жизни: «просто жди нас — мы с ним окажемся скоро тут».
А я целуюсь — чт…
… показать весь текст …

так они росли, зажимали баре мизинцем, выпускали ноздрями дым
полночь заходила к ним в кухню растерянным понятым
так они посмеивались над всем, что вменяют им так переставали казаться самим себе
чем-то сверхъестественным и святым

так они меняли клёпаную кожу на шерсть и твид
обретали платёжеспособный вид
начинали писать то, о чем неуютно думать,
а не то, что всех удивит

так они росли, делались ни плохи, ни хороши
часто предпочитали бессонным нью-йоркским сквотам хижины в ланкийской глуши,
что…
… показать весь текст …

как они говорят, мама, как они воздевают бровки,
бабочки-однодневки, такие, ангелы-полукровки,
кожа сладкие сливки,
вдоль каждой шеи татуировки,
пузырьки поднимаются по загривку, как в газировке,
отключают сознание при передозировке,
это при моей-то железной выправке, мама,
дьявольской тренировке

мама, как они смотрят поверх тебя, если им не друг ты,
мама, как они улыбаются леденяще, когда им враг ты;
диетические питательные продукты
натуральные человеческие экстракты
полые объекты, мама, скуластые злые фрукты,
… показать весь текст …

Ну вот таки и сиди, из пальца тоску высасывая, чтоб оправдывать лень, апатией зарастать. И такая клокочет непримиримость классовая между тем, кто ты есть и тем, кем могла бы стать. Ну сиди так, сквозь зубы зло матерясь да всхлипывая, словно глина, что не нашла себе гончара, чтоб крутилась в башке цветная нарезка клиповая, как чудесно все было в жизни еще вчера.

Город, созданный для двоих,
Фарами льет огонь.
Мостовая у ног твоих —
Это моя ладонь.

Ночью дома ссутулятся.
Медленно слижет дождь
С теплой тарелки улицы
След от твоих подошв.

Видишь, я в каждом знамени.
Слышишь, я в каждом гимне.
Просто в толпе узнай меня
И никогда не лги мне.
… показать весь текст …

Здесь мы расстанемся. Лишнего не люблю.
Навестишь каким-нибудь теплым антициклоном.
Мы ели сыр, запивали его крепленым,
Скидывались на новое по рублю.
Больше мы не увидимся.
Я запомню тебя влюбленным,
Восемнадцатилетним, тощим и во хмелю.

Знали только крайности, никаких тебе середин.
Ты хорошо смеялся. Я помню эти
Дни, когда мы сидели на факультете
На обшарпанных подоконниках, словно дети,
Каждый сам себе плакальщик, сам себе господин.
Мы расстанемся здесь.
… показать весь текст …

В юности любил умирать,
Представлял по себе воронку,
Опаленных друзей, от горя живых едва.
А теперь помру — отойду покурить в сторонку.
Жизнь сойдется за мной без шва.

В юности любил побольней:
Терзают — и ты терзаешь.
Падал освежеванным в ночь,
С бутылкою в кулаке.
А как отдал всех бывших жен потихоньку замуж,
Так ты знаешь, иду теперь налегке.

В юности любил быть умней,
… показать весь текст …

Летом — здорова, осенью — рецидивы.
Осень — рецидивист…

Страшно хочется, чтобы она тебя обожала, баловала и берегла… И напомни мне, чтоб я больше не приезжала, чтобы я действительно не смогла.