Валентина Захарова

Он не работал, он играл работу.
И был умен в профессии и нужен.
Но о себе была излишняя забота.
Женщины, вино — он занедужил.
Сбился с ориентира его датчик.
Ну, а сам хозяин сыграл в ящик.

Наверно, в садике, — память твердила. Свой первый стих Серёжке посвятила.
Любила, — память беспристрастна. Зря сочиняла поняла — напрасно.
Любил он Нинку, — память говорит, — картинка, соперница твоя — подружка Нинка.
Стихи писать тогда забила, а, ведь, могла — обидно было: я же поэт и чем же так плоха? Нинка никто, сера, как мышь тиха.
И много позже пришло прозренье: стихи — любить не повод, к сожаленью.

Было давно, когда и не знаю,
Первый тот шаг, с него начинают.

Может за ручку с кем, или же сам,
Море всех тем, что текли по усам.

Мало помалу, такое бывает,
То, что всех слаще, в уста попадает.
… показать весь текст …

Постпраздничный синдром больше прозаичен, чем поэтичен.
Придание столу обыденного и прежнего лица посуде —
это сюжет для ужастика.

Идти против ветра не всегда оправдано.
Иногда надо давать случится тому, что должно случиться

Взаимность — не кажется ли это чувство наигранным: сначала занимать друг у друга, а потом отдавать долг.

Когда в доме нет хозяина — сумятица неизбежна.

Учиться на чужих ошибках чревато болезнью, ибо любой промах содержит отрицательные эмоции хозяина.

Я вам вот что скажу, дорогие мои! Четыре сыночка проще, чем
лапочка-дочка. Доченька — это особая статья, она же девочка — к ней
особый подход нужен.
Вот сейчас закрыла моя доченька дверь в комнату и открывать не дает.
Что с ней делать?

Один, обманывая другого, думает, что тот простак.
Как бы не так.