Татиана Северинова

«Ноябрьские» выдались особенные. Столбик термометра опустился ниже отметки «минус двадцать». На Надежде — дерматиновые полусапожки и полушубок «из чебурашки». Мария, женщина лет пятидесяти, дожидаясь попутной легковушки из скита до города, затолкала Надю в храм: «Погрейся». Она призывно помахала со ступенек мужу-инвалиду, но тот не успел: неожиданно быстрым, подпрыгивающим шагом в храм вошёл отец Пётр, за ним почти весь женский монастырь.
Двери храма закрылись. Надя неосознанно попятилась и оказ…
… показать весь текст …

Люблю я грабли — свет в оконце!
Как шандарахнут — заискрит!
И отдыхает даже солнце,
И даже опыт не свистит.

Они, ну, дюже плодовиты…
Да дети их мне всё не впрок.
И шишки, вроде понабиты…
Да лупят всё в мой бедный лоб…

Мы привыкаем к радуге в глазах…
Что освещают путь, как бы из тени…
Что нам дают и вкус, и слух, и зренье…
Как воздух потерять не ведом страх.

Круг света фонаря очерчивает мрак.
Семь нот дают начала для симфоний,
Семь красок жизнь рисуют в межсезонье,
Но кто благодарит, что это так?

Не оценив, увы, теряем, что дано…
Надежда в ком-то тихо умирает,
И радуги… Так остро не хватает,
Так душно… Одиноко… И темно.
… показать весь текст …

Октябрь… То снегом порошит, то льётся из небес…
И странный праздник Хэллоуин к нам в обиход вдруг влез.
На плечи тыквы водрузив, то бишь замест голов,
Бараньи меряем рога и уши от ослов.
Самхейна надо ублажить, чти — властелина тьмы,
Чтоб в мире с нечестью прожить во времена зимы.
Сюда ж до кучи приплетём мы праздник «всех святых»…
А после… Как же разберём? Кто мы среди каких…

Пера заместо — боль души возьму,
Из слов покруче затворю я тесто,
Творенья муками его запорошу, —
И в тёплое, к душе поближе, место.

Затем чуть взбрызгну всё скупой слезой,
Подмаслю строчки образной вуалью.
Садитесь ближе, рядышком со мной.
МыслЯ попёрла… И конец молчанью!

Я режиссёр и сценарист,
Актёр, гримёр, суфлёр…
То — аплодируют, то — свист,
Звучит, как гром: «Мотор!»
И сколько плёнки впереди,
Что вырезать, как брак…
А окуляр под грим глядит,
И сверлит душу зрак.
Юпитер светит и слепит
Актёра одного,
И микрофон в руках хрипит,
Такое вот «кино»…
Но дубль за дублем, новый шаг,
Я в кадре, каскадёр…
… показать весь текст …

В твоих ладошках, Милый, целый мир,
Он стал вдруг для меня таким уютным,
Мы вместе для себя его творим,
Среди осенних и дождливых будней.

А сердце за тебя порой болит,
Тревожится в твоей-моей ладошке,
В душе царапает, зараза, и вопит
Приблудная навязчивая кошка.

И пусть порой на разных языках…
Ты говоришь, что я, мол, фантазёрка,
Пройдёт, всё будет на местах…
Подуй на раны, чтобы не так больно…
… показать весь текст …

«На вершине высокой скалы нет деревьев, а в голове гордеца нет мудрости.»
Всю жизнь карабкаясь с вершины на вершину,
Возгромоздясь на высший пьедестал,
Измерив всё и вся своим складным аршином,
Покажется, что мудрость ты снискал.
Но на вершинах скал — лишь лёд да пустота,
На сердце да в мозгах таких — беда.

Я беременна стихами…
Эх, бы! Книжек нарожать!
Только проза между нами:
«Денег где насобирать?»

Ходит первая по миру
«В людях», или по рукам…
С горя бросить что ли лиру?
Только как же быть стихам?

Задохнуться среди полок?
Или в памяти компа?
Вдохновенья век недолог…
Тряханёт… И — нет плода.
… показать весь текст …

Как Есенин, не зову, не плачу…
Лёг на пряди белых яблонь дым…
В половодье чувств ещё рыбачу,
Только рыбка всё плывёт к другим…

Я своё ещё не добродила…
Грезит осень всё моя весной…
Что ушло… Всё с миром отпустила…
Мне лишь верен розовый мой конь…