Стендаль

Если вы не копия. вас обвинят в невоспитанности.

Кто помнит нелепость, напечатанную в официальной газете, через два года после выхода номера?

Ноты — это лишь искусство записывать идеи, главное — это иметь их.

О силе одной страсти надо судить по силе другой, которой для нее пожертвовали.

Доведенный до полного отчаяния человек, начинает искать выход только в мужестве.

Опереться можно только на того, кто сопротивляется

Теперь нашей политикой на целых двадцать лет вперед будет страх перед якобинцами. Да еще какой страх! Каждый год мы будем считать себя накануне девяносто третьего года. Все, что хоть сколько-нибудь может уменьшить этот страх, будет высокоморальным в глазах аристократов и ханжей.

Возлюбленная, которую мы желали три года, — поистине возлюбленная в полном значении этого слова; к ней приближаются не иначе как с трепетом, а я должен сказать донжуанам: мужчина, который трепещет, никогда не скучает. Наслаждения в любви тем сильнее, чем больше в ней робости.

Мысль вызывает страдания.

Женский жизненный успех состоит в том, чтобы вызывать страсть.

Когда мы уверены в любви какой-нибудь женщины, нас интересует степень ее красоты; когда мы сомневаемся в ее сердце, нам некогда думать о ее лице.

Чувства двух существ, любящих друг друга, почти никогда не бывают тождественны.

«Обязательно займись изучением людей; проследи, ценою каких усилий эти люди стали такими глупыми, какими они есть, какой мерой им в этом благородном стремлении посодействовали обстоятельства и что они сами для этого сделали» /из письма к сестре, Стендаль/

Большинство мужчин просят доказательств любви, которые, по их мнению, рассеивают все сомнения; для женщин, к несчастью, не существует таких доказательств.

Слезы — высшая степень улыбки…

Когда подумаешь, что есть настолько смелые мужчины,
что смотрят в лицо женщине, подходят к ней,
жмут ей руку и без ужаса говорят:
«Хотите… быть моей женой?»,
— то нельзя не удивляться тому,
до чего доходит человеческая отвага

Да, половина — и притом прекраснейшая половина — жизни остается скрытой для человека, не любившего со страстью.

Какая же это любовь, если она вызывает зевоту?

Девушка моего возраста, красивая, умная, — в чём ещё она может найти сильные ощущения, как не в любви?

Праздность — мать скуки.