Ричард Олдингтон

Ужасно причинить боль человеку, который не может понять, почему ты так поступаешь, и считает это бессмысленной жестокостью…

Никто не может по настоящему знать другого человека… Можно только угадывать, если любишь…

В любви принять все, может быть, еще труднее, чем все отдать. Мы знаем, что отдаем, но не знаем, что получим.

Будьте кротки, как голуби, и мудры как змеи. Не позволяйте людям пользоваться вашей искренностью и доверчивостью.

Мужчины и женщины могли бы стать друг для друга величайшим утешением и отрадой, а между тем они только и делают, что друг друга мучают…

В разумном мире мужчины и женщины будут, наверное, получать друг от друга то, что им нужно, без канители и трагедий. Но весьма вероятно, канитель и трагедии — это как раз то, что доставляет им удовольствие.

Лучшая любовь — та, с которой скоро расстаешься, которая никогда не ощетинивается шипами ненависти, но тихо уходит в прошлое, оставляя не болезненные уколы, а только душистый аромат сожаления…

Любовь — это самое интимное, самое индивидуальное чувство. Это всё равно, что цветок, который может быть отдан только кому-нибудь одному. Кода любишь, нужно отдавать всего себя и чувствовать, что тебя принимают, — а в любви принять всё, может быть, ещё труднее, чем всё отдать. Мы знаем, что даём, но не знаем, что получим.

Религиозные убеждения — прекрасный предлог, чтобы делать людям гадости

Запомни — никогда нельзя рассчитывать, что другие будут разделять твои чувства или настроение.