parodist

И. Губерман
Забавная подробность мне видна,
которую отметил бы я плюсом,
в делах земных и Бог, и сатана
отменным обладают оба вкусом.

Б. Гуревич
Но есть в народе мнение,
Подводят слух и зрение.

Гражданка Штивельман, скажите окровенно
Согласны Цукермана взять в мужья законно?
Нет! Я в фате и в белом платье вдохновенно
Сюда пришла, чтобы послушать Мендельсона.

Если кто-то вдруг стал верующим — значит ему что-то нужно выпросить у Б-га!

Чтоб научиться, не искать
Себе на жопу приключенья,
Любой еврей готов отдать
плоть крайнюю на отсеченье.

Нас в мире многое к себе влечёт.
А трещин в жизни разве кто считает.
От их размера жизнь или течёт,
Или, нередко, протекает.

Зашел как-то Христос в храм Христа-спасителя, оглядел внеземное златолепие и спросил одного из прихожан:
— А что эта за вера у вас и какому Богу здесь поклоняются?

Обычно справедливость торжествует когда уже некому аплодировать!

Сдаётся шалаш в раю!
Без предоплаты.
Вселение немедленое.

Несправедливостью жестокой поражённый,
Мне вдруг подумалось на склоне лет,
Стареют вместе с нами наши жёны,
А проститутки почему-то нет.

Скажу про секс, с борщом его сравнив, —
Что ни стряпуха — вкусом не поспоришь.
Испортить можно, лишь пересолИв,
Угробить — тем, что недосОлишь.

8 декабря 1989 год.
В этот день, тридцать лет тому назад моя семья села в поезд Кишинёв — Москва, и через несколько дней в аэропорту Бен Гурион мы получили паспорта граждан Израиля!
Не смотря на то, что десять лет, предшествующие этому событию, были годами тревоги, надежды и ожидания возможности репатриироваться, покидал я родной город с особой грустью.
Возможно кто-то с иронией ухмыльнётся, мол ностальгирует человек по «той» жизни, по советской власти… Признаюсь — да! Большую половину из неполных сорока лет я прожил при лучшей в мире власти! Власти, которой я безоговорочно подчинялся, доверял и слепо верил. Называлась эта власть — молодость.

Однажды предвечернею порой
Вдруг жаворонок встретился с совой.
И оба несказанно удивились:
— Такие птицы никогда здесь не водились!

Еврей, приехавший в Германию,
возглавил ритуальную компанию.
Отныне он хозяин крематория.
Вот пишет кренделя история!

Чем меньше лжи в правде, тем она неправдоподобней!

Краткость — это, всего лишь, сестра таланта.

Перебирая в памяти предвыборные обещания разных лидеров в разных странах, вспомнил анекдот.
Мужик в спешке убегал через балкон от любовницы из-за пришедшего не вовремя мужа. То ли со страха, то ли из нерасторопности — сорвался и летит с шестого этажа. Летит и молится:
— Боже, если останусь жив, никогда не буду изменять жене. Клянусь, буду самым преданным и любящим мужем.
И тут он за пол метра до земли зацепился трусами за толстую ветку и повис — целый и невредимый. Висит и сам себе говорит:
— Несколько секунд летел, а сколько херни наговорил.

Подруги ей пророчили успех.
Но жизнь — не стрелок ход по циферблату.
Она его любила больше всех,
И даже больше, чем его зарплату.

Ничто так не тянет раскрыть кому-то чужую тайну,
как обещание держать это в секрете!

Про старость мысли с неких пор тревожат ум.
Она мне видится, (и мало в том смешного),
Как ненадеванный давным-давно костюм:
И вроде свой, и как с плеча чужого.