Паисий Святогорец

Меня не пугает то, что у человека много страстей. Страшно другое: когда у него нет доброго беспокойства, нет желания начать борьбу за своё духовное исправление. Человек привыкает к определенному образу жизни, привычка становится для него второй натурой — и ему уже сложно исправиться и измениться. Он может прожить всю жизнь рядом со святым человеком и так и не извлечь из этого для себя никакой пользы.

Люди видят весь мир, не видя только самих себя.

«Те, у кого мирская любовь, спорят друг с другом, кому ухватить для себя побольше любви. Но те, у кого духовная любовь, спорят друг с другом, кто отдаст другому больше любви.»

Как только в нас поселяется помысел, что другой человек ниже нас, мы закрываем себя для помощи Божией.

Диавол не обладает никакой силой и властью над человеком верующим, ходящим в Церковь, исповедующимся, причащающимся.

Мы пришли в этот мир не для того, чтобы поудобнее устроиться.

Боль — это всё. Если нам больно за других, то мы забываем себя, наши собственные нужды.

Если мы обличаем кого-то от любви, с болью, то независимо от того, понимает он нашу любовь или нет, в его сердце происходит изменение, потому что нами двигает чистая любовь. А обличение без любви, с пристрастием делает обличаемого зверем, потому что наша злоба, ударяя в его эгоизм, высекает искры, как сталь в зажигалке высекает искры из кремня.

Кто погребает собственные дарования, тот завидует дарованиям других.

Если же мы ценим то, что у нас есть, то Бог не попускает произойти никакому злу.