Ошо

…актеры не могут любить. Они знают слишком много техник, слишком
много методов…

Если вы сможете деавтоматизировать свою деятельность, тогда жизнь становится медитацией, тогда любая мелочь: принятие душа, еда, разговор с другом-становится медитацией. Медитация-это качество, которое можно привнести во что угодно-это не специфическое действие. Люди же думают именно так-они думают, что медитация-это специфическое действие, когда вы сидите, обратясь лицом к востоку, повторяете определенные мантры, ложите благовония, делаете то, делаете это в особое время и особыми жестами. У медитации со всем этим нет ничего общего. Всё это способно автоматизировать, а медитация против автоматизма. Так что, если можете оставаться бдительным, любая деятельность есть медитация, любое движение вам очень поможет.

Жизнью можно наслаждаться, жизни можно радоваться, можно стать частью ее тайны, но понять ее, будучи сторонним наблюдателем, абсолютно невозможно.

Ты не можешь вечно быть счастливым, иначе счастье утратит всякий смысл. Ты не можешь вечно быть в гармонии, иначе ты перестанешь осознавать гармонию. За гармонией снова и снова должен следовать диссонанс, за счастьем должно следовать несчастье. Даже у удовольствия есть своя боль, и у каждой боли есть свое собственное удовольствие.
Пока человек не понимает этой двойственности существования, он без необходимости
остается в страдании.

Миллионы людей в этом мире страдают оттого, что никто не принимает их. Все спрашивают: «А ты достоин? Ты заслужил?» Никто не принимает их такими, какие они есть, а каждый безусловно — тот, кто он есть. Не его вина, что существование нуждается в нем таком, каков он есть; должно быть, он отвечает некой потребности, о которой вы не догадываетесь. Вы не подозреваете о многих тайнах жизни, и если жизнь принимает человека, кто вы такой, чтобы отвергать его?

Но во всем мире люди страдают по той простой причине, что им нечего дать, что никто не хочет видеть их такими, какие они есть, что все требуют от них быть кем-то другим — тогда их примут. Но никто не может быть кем-то другим. Сама попытка стать кем-то еще калечит человека, сама эта попытка искажает его, он теряет свое естественное изящество и природную судьбу, он сбивается с пути. И это создает несчастье.

Не существует греха, не существует добродетели — существует только мудрость. Если вы хотите называть ее добродетелью, зовите добродетелью. И есть невежество — если вы хотите назвать его грехом, то это единственный грех.

Поэтому узнай мир правильно. Спешить некуда. Познай рыночную площадь правильно, чтобы в тот день, когда ты повернешься к ней спиной, ты даже не вспоминал о ней, чтобы не было желания оглядываться назад. Не должно быть желания оглянуться даже раз, с этим должно быть полностью покончено. Это достижение не происходит волевым решением. Это достижение случается в глубоком опыте, познании. Такое понимание осеняет тебя, только когда ты это прожил. Потому что однажды ты подумаешь: «Что ценного во всем этом мусоре?» — и не потому, что я это говорю, не потому, что это говорит Сахаджо или Кабир, Веды или Упанишады. Ты узнаешь это; эти Упанишады возникнут в тебе. Эти Веды будут твоими собственными Ведами. Ты узнаешь, что все это тщетно. Ты видел жизнь, ты испробовал ее со всех сторон и не нашел ничего, кроме страдания, яда. В тот день яд выпадет у тебя из рук.

Пока ты не способен сказать «нет», твоё «да» бессмысленно.

Религиозный ум лишен воображения. Напротив, следует усвоить, что он вполне приземленный и базируется на твердом фундаменте истины.

Женщины являются более приземлёнными существами и в большей степени, чем мужчины, чувствуют своё тело. Я не думаю, что женщины очень верят в существование души, потому что они не видят душу, когда смотрятся в зеркало.