Сижу, курю на жестяном обломке,
подстеленным под ноги. Как никак…
Что скажут нам тщедушные потомки?
Что начертают в новых дневниках?
О должностях, любви, об эпостасях,
о верности, что сказкой стала ведь…
а новый день опять зарю закрасил,
и хочется чуть большее иметь:
тебя с собою рядом, кошку, вербу,
буханку бородинского, апрель,
и в сердце несгибаемую веру,
да в вазочке с кислинкой карамель,
улыбку мамы, дружеский звонок,