Ольга Бешенковская

Девушки моего друга,
Сколько вас было…(Только
Я не скажу вам — сколько,
девушки моего друга…)

Девушки моего друга,
Все, до одной, — богини.
(Могут ли быть другими
Девушки моего друга…)
Девушки моего друга
Вышли из пенных кружев…
(Пену сдувают с кружек
Девушки моего друга…)
… показать весь текст …

В популярности всегда есть оттенок пошлости. Известность — дело другое. Известность может быть и вполне заслуженной, к известности и относятся с пиететом, а не с писающей кипятком фамильярностью.

Маниловщина — это если рядом обломовщина.

Кто один склоняется — тот не одинок -
Над водой с лиловою глубиной беды:
Зябко и доверчиво плавают у ног
Мартовские лебеди — ладожские льды…

Кто в толпе слоняется — лишь бы одному
Не застыть в трагическом зеркале воды —
Может не надеяться: не придут к нему
Ладожские лебеди — мраморные льды…

Ну, а ты до мудрости майской доживи:
Тают люди в памяти, а в апреле — льды…
Остаётся каждому хмурый дождевик,
Солнечные зайчики… Каменные львы…

***
Как тягостно разводятся мосты…
Так медленно, что хочется лавины,
Выводят разводные половины
Протяжное прощальное прости…
И, кажется, невидимая нить
Их всё ещё удерживает рядом.
Ночного петербургского обряда
Прекрасные формальности хранить
Сумеем ли?

Так пошлы встречи, так
Вульгарны расставанья между делом,
Что рвутся нити меж душой и телом
… показать весь текст …

Слава богу, что так, в Елабуге,
а иначе бы шли за гробом
равнодушно смурные лабухи,
каждый — нанят, и каждый — робот.
А в Париже или в Берлинии
провожали бы языками
злыми. Платьями — сплошь павлиньими.
(Время — бросить последний камень…)
Кто травил — тот бы первый —
плаксою
над челом, что уже увенчано…
Если мазал при жизни ваксою,
возопил бы: «Святая женщина!»
Ты и так им, как Богородица,
… показать весь текст …

Ольга Бешенковская

Верстовые столбы, верстовые столбы
от Фонтанки — до Средней Рогатки.
Это в книге моей бесприютной судьбы
на счастливую память закладки…

Город Родиной был, а не гордый союз,
как матрёшки, лукавых республик.
Здесь Растрелли растлил мой неопытный вкус
и Филипповской булочной бублик…

Верстовые столбы, верстовые столбы
от Фонтанки — до Средней Рогатки.
… показать весь текст …

ПУШКИН И КЕРН

1
Его толкали, обнимали,
Он ничего не замечал.
Он видел в зеркале рояля
Как лиру — линию плеча…
Опять Она… Опять фатально…
Опять смертельно и шутя
Влюблен в гостиной на Фонтанке
Повеса, гений и дитя.
Метелит бальная погода,
Заносит в дерзости опять…
Ещё до Юга — больше года.
… показать весь текст …

Все будет так же, как при мне,
хотя меня уже не будет.
щербинка эта на луне
и суетящиеся люди.
И золотое Рождество
с его цинизмом, китчем, сказкой,
и детской правды торжество
в тетрадке, названной «раскраска».
Мы наполняем трафарет
беспечной зеленью надежды.
Шальной прибой, полночный бред,
зимы веселые одежды.
И вдруг в предчувствии конца
печаль под сердцем шелохнется.
… показать весь текст …

Хмурая помесь асфальта и неба.
Жактовский замок Согбенного Глеба.
Мимо — плащи по делам.
Кустики вместо готических сосен.
Что там, весна или поздняя осень,
В снеге с дождём пополам?

Впрочем, без нас по законам сезона,
Не вылезая за рамки газона,
Сбудутся все чудеса.
Сникнет, и снова воспрянет трава и
Голые заросли веток трамвайных
Зашелестят как леса…
… показать весь текст …

Пожелайте мне долгие лета!
Я — песчинка нездешних морей,
Неприкаянный житель планеты,
Заблудившийся русский еврей…
Всё чужое: и паспорт, и говор,
Всем чужое — куда ни приткнись…
Без названья кубический город
Громоздится и светится ввысь!
Не почетно, но и не позорно
Поискать своё счастье вдали.
Прорастают прогорклый зёрна
Из растресканной жаждой земли
Сквозь песок, через дыбу и дамбу…
… показать весь текст …

ТРИ ЭСКИЗА

ххх

1.
Поныне к ямбам слог не охладел,
И снова — время взяться за октаву,
И хоть формально выйти за предел
Строфы обычной. — Слишком по уставу
Живём и пишем. Зреньем завладел
Экскурсовод, щебечущий картаво,
А слух свободен для речистых трав
И шелестов речных… И, видно, прав.
… показать весь текст …

х х х

С каждым днём всё тоньше талия
(Покровительница смеха),
Стенка — будто капитальная,
Госпитальная помеха.
Воздух глух, но колет звуками
(«з» и «в» — в подушке «отдых»).
По карнизу дождик стукает —
Отпрыск неба, отблеск, отбрызг…
Взвизг — железо, порх — воробушек…
Словно заживо закопан
Мир, прослушанный до рёбрышек,
Шелестящим стетоскопом.
… показать весь текст …

Все тот же снег ресниц касается,
Всё те же трепетные па…
И до сих пор еще красавица
Спит по рецепту Петипа.
Темнеют редкие прохожие
И зябко горбятся в ночи,
То вдруг на Пушкина похожие,
То — на скрипичные ключи.

Стихи… Метель… Консерватория…
Всё Хореографом дано
И жизни наша траектория,
Боюсь, рассчитана давно.
… показать весь текст …

Я считаю, что задача редактора не «кататься» на именах, а находить и даже «выращивать» талантливых авторов.

М.З.

Никому ты не нужен, Орфей —
Не Морфей, не шалфей…-
Разве песнями рот прополощешь…
Боль зубная в душе засыпает сама…
Человечество больше не сходит с ума…
«Театральная площадь» — объявляет вожатый.
Мы сходим на ней.
Растворяемся в сумерках,
сходим на нет…
Но хвоста хризантема
Выдает с головой:
Это Шер (O, mon scheur!..)
… показать весь текст …

***

Сперва металась вкруг земного шара,
Волненьем неосознанным пьяна;
Потом к груди его припала шало
Ещё зеленоглазая — Весна!
Она дышала чисто и глубинно,
И он в ответ поверхностно расцвёл…
И что с того, что, может быть, сглупила,
Ввязавшись в торопливое родство;
И что с того, что ломкий первый почерк
Затянет осень в грязный водосток,
Когда сейчас трепещет и лопочет
Её пугливый первенец — листок…

Ветераны, ветераны,
ночью ноют ваши раны,
разъедает ваши раны — жизни соль:
Для того ли рисковали
и шинели надевали,
чтоб в шкафу их запорашивала моль…

Ветеран бельё латает,
потому что не хватает
денег сразу на буханку и носки…
Нет, не зря вы воевали,
зря — за всё голосовали
и раздумьями не мучили виски…
… показать весь текст …

Снег ложится серебристый
на черненье декабря.
Помнит площадь Декабристов,
Как, свободою горя…

Первый луч — кинжалом по коре…
Господа, какие будут мнения?
Ваша честь, построиться в каре! -
Наша честь дороже, чем имения!

И, ломая палисадник,
отвергая пьедестал,
с ними вместе медный всадник
в жестком стремени привстал…
… показать весь текст …

Писатель — не кошка, чтобы лизать кормящие руки.