О, пошлость и рутина — два гиганта,
Единственно бессмертные на свете,
Которые одолевают всё —
И молодости честные порывы,
И опыта обдуманный расчёт,
Насмешливо и нагло выжидая,
Когда придёт их время. И оно
Приходит непременно.
Стихотворения, не включенные автором в собрание его сочинений, 1856 год.
Где народ, там и стон… Эх, сердечный!
Что же значит твой стон бесконечный?
Ты проснешься ль, исполненный сил,
Иль, судеб повинуясь закону,
Всё, что мог, ты уже совершил, —
Создал песню, подобную стону,
И духовно навеки почил?..
Ночь. Успели мы всем насладиться.
Что ж нам делать? Не хочется спать.
Мы теперь бы готовы молиться,
Но не знаем, чего пожелать.
Пожелаем тому доброй ночи,
Кто всё терпит, во имя Христа,
Чьи не плачут суровые очи,
Чьи не ропщут немые уста,
Чьи работают грубые руки,
Предоставив почтительно нам
Погружаться в искусства, в науки,
Предаваться мечтам и страстям;
Кто бредет по житейской дороге
Старый Мазай разболтался в сарае:
«В нашем болотистом, низменном крае
Впятеро больше бы дичи велось,
Кабы сетями ее не ловили,
Кабы силками ее не давили;
Зайцы вот тоже, — их жалко до слез!
Только весенние воды нахлынут,
И без того они сотнями гинут, —
Нет! еще мало! бегут мужики,
Ловят, и топят, и бьют их баграми.
Где у них совесть ?.. Я раз за дровами
В лодке поехал — их много с реки
К нам в половодье весной нагоняет, —
Еду, ловлю их. Вода прибывает.
Вчерашний день, часу в шестом,
Зашел я на Сенную;
Там били женщину кнутом,
Крестьянку молодую.
Ни звука из её груди,
Лишь бичь свистал, играя…
И Музе я сказал: гляди!
Сестра твоя родная.
Столица наша чудная
Богата через край,
Житьё в ней нищим трудное,
Миллионерам- рай.
Здесь всюду наслаждения
Для сердца и очей,
Здесь всё, без исключения,
Возможно для людей:
При деньгах вдвое вырасти,
Чертовски разжиреть,
От голода и сырости
Без денег умереть…
1843 год
Безвестен я. Я вами не стяжал
Ни почестей, ни денег, ни похвал,
Стихи мои ― плод жизни несчастливой,
У отдыха похищенных часов,
Сокрытых слез и думы боязливой;
Но вами я не восхвалял глупцов,
Но с подлостью не заключал союза,
Нет! свой венец терновый приняла,
Не дрогнув, обесславленная Муза
И под кнутом без звука умерла.
Да, наша жизнь текла мятежно. Панаевский цикл.Продолжение #956004
Портрет Панаевой http://fb.ru/misc/i/gallery/39201/1240581.jpg
Цикл:
«Да, наша жизнь текла мятежно...», «Давно, отвергнутый тобою...», «Тяжелый крест достался ей на долю...», «Прости! Не помни дней паденья», «Мы с тобой бестолковые люди...», «Прощанье», «Так это шутка? Милая моя», «Ты всегда хороша несравненно», «Я не люблю иронии твоей», «Страдалица! Стоишь ты предо мною…», «Тяжелый год - сломил меня недуг».
Да, наша жизнь текла мятежно,
Полна тревог, полна утрат,
Расстаться было неизбежно —
И за тебя теперь я рад!
Но с той поры как все кругом меня пустынно!
Отдаться не могу с любовью ничему,
И жизнь скучна, и время длинно,
И холоден я к делу своему.
Не знал бы я, зачем встаю с постели,
Когда б не мысль: авось и прилетели
Сегодня наконец заветные листы,
В которых мне расскажешь ты:
Здорова ли? что думаешь? легко ли Под дальним небом дышится тебе,
Грустишь ли ты, жалея прежней доли,
Я не ракетчик, про технику убиения одних людей другими, в том числе на морях-океанах, есть специальные люди, тот же Крамник, но про эти круглые корабли - "поповки", парочку которых построили при царе-батюшке во второй половине XIX века, когда-то в другой жизни читал в "Науке и жизни". (с) тов.Коммари
Здравствуй, умная головка,
Ты давно ль из чуждых стран?
Кстати, что твоя «поповка»,
Поплыла ли в океан?
— Плохо, дело не спорится,
Опыт толку не даёт,
Всё кружится да кружится,
Всё кружится — не плывет.
— Это, брат, эмблема века.
Если толком разберёшь,
Нет в России человека,
С кем бы не было того ж.
Но, оказывается, великий русский поэт-демократ Некрасов (вот же были раньше поэты за простых людей, а не против, как нынешние), написал в связи очень мудрые стихи, которые, прямо и сейчас не потеряли актуальности. (с) тов.Коммари