Наташа Воронцова

Не будил бы ты, дурень, лихо,
В чернозёмы бы сеял рожь,
В хуторочке бы было тихо,
На кого ты, безумный, прёшь?
Видишь, бьются большие дяди,
Ты решил, что ты равный им?
Воскресил всех чертей, а ради?
Сгинешь, дурень, среди руин.

У некоторых прямо таки любимая забава — проснутся с утра пораньше и давай расплёскивать содержимое своей мерзкой душонки во все стороны.

Нет ничего печальнее на свете, чем вечно недовольный всем мужик.

Я — осень, опавшие листья,
Оранжевый сполох в лесу,
Я — снег, что на солнце искрится,
Я — грома раскаты в грозу,
Я - память твоя и забвенье,
Несбывшийся поздний роман,
Я — вера твоя и сомненье,
Я - все победивший дурман.

Сумбурней стали сны, и мысли горячей, Предчувствие и зов непознанной любви,
И я ещё ничья, и ты ещё ничей,
Но искус заключил в объятия свои,
Борись с ним, не борись, а в теле звон и дрожь,
И словно сотни солнц сжигают изнутри,
И в каждой клетке — жизнь, ты чувствуешь? Идёшь.
Свернула б, да никак. Прошу, тебя, замри!

…сумятица, испуг… и есть ли путь иной?
а ты навстречу мчишь, я выдыхаю- мой…

Отчаянье — вызов для слабых,
Попробуй-ка встать и идти,
Когда каждый выдох преграда
На трудном донельзя пути.
Сжимаю безвольные руки —
Не сдамся, не сдамся, смогу!
Но нотки вчерашней разлуки,
Проклятые, тянут ко дну.
От дна оттолкувшись ногами-
/Давай, дорогая, стремись/
Сложу из беды — оригами
Журавлика —выпорхну ввысь!

Не грусти, прошу, не надо,
Я — невеста снегопада,
Ветерка касанье, дымка,
Я- соблазн и невидимка,
Морок древний и мечта,
Бездна чистого холста.
Я — мираж, ночная птица.
Не грусти, я буду сниться.
Пусть рыдают небосводы,
Ты же сам хотел свободы…