Михаил Бучек

Мы музыкой всегда окружены,
гремящей и орущей чаще тщетно.
Как вирусом мы ей заражены:
шансон, эстрада, рок, хип-хип и этно.

Этический иммунитет души
на это отвечает аллергией,
и хочется порой в ночной тиши
лечением заняться — ностальгией.

Мелодий, слух волнующих, красот
забыть нельзя — уходит только пена.
И нас ещё в мир смерти унесёт
бессмертная мелодия Шопена.

О, девушки — персики нежные!
И женщины — спелые яблочки!
Мы чувства питаем к вам грешные,
а любим… домашние тапочки.

В политике всегда найдётся отзвук
того, что в жизни знаем мы предметно.
Кричит всех громче: «Кто испортил воздух?» —
обычно тот, кто сам взбзднул незаметно.

Может, Тот, кто нам диктует свыше,
тоже с затрудненьем рифмы ищет?
Ведь и у того, кто вправду Гений,
чёрен черновик от исправлений!

Мы все желанием горим,
пока глаза ещё открыты.
Пусть нет огня, а только дым,
но мы и этим будем сыты.

В стране такой, «обиженной» всем миром,
где «встали все с колен» плечом к плечу
и дружно маршируют за «кумиром»,
я, здесь живя, совсем жить не хочу!

Есть женщины, конечно, для услад…
Но думая о собственной семье,
мы вновь воссоздаём всегда уклад,
единственно знакомый нам из всех.
А так как все мужчины — это дети,
то жёны-мамки их и ловят в сети.

Ревную! Только ревность — маска
того, чему названье страх.
Страх, что не вечна эта сказка,
что может всё пойти не так,

что может всякое случиться,
чему случиться суждено,
что в дом беда уже стучится:
закроешь дверь — она в окно,

что жизнь хрупка, тем паче — счастье,
и мы живём, всего боясь
(обмана близких — лишь отчасти)
и вечно с временем борясь.

Как много есть противоречий
в словах пророков всех времён,
и пред иконой ставя свечи
в поминовение имён,
порой непросто сделать выбор,
какой из двух Заветов прав,
как между Голубем и Рыбой,
себе при этом не соврав.

Но так ли нам важны пророки,
чтоб для себя решить вопрос,
какие нужные уроки
Священный текст до нас донёс?
Мы здесь одни под небесами,
… показать весь текст …

Сижу, чего-то не хватает…
Играют в прятки тени дум…
Газет сугроб никак не тает…
А ночь уже подходит к двум…
Рукою самопроизвольно,
Едва сознанье впало в грусть,
Тянусь за пачкой меланхольно —
А дай-ка снова затянусь…