Мигель де Унамуно

«Нет ничего страшнее на свете, чем остаться наедине со своими мыслями,
когда тебе очень плохо.»

Требовать от кого-либо, чтобы он стал другим, это все равно, что требовать от него, чтобы он прекратил быть самим собой. Всякая личность сохраняет себя, допуская изменения в своем способе мышления и бытия только в том случае, если эти изменения могут вписаться в единство и непрерывность ее духовной жизни.

Любовь не желает быть отблагодаренной и не желает быть порожденной состраданием. Любовь хочет быть любимой, требует ответной любви, а не другого чувства, каким бы благородным оно ни было.

Мне нужно не согласие ближнего, а его душевный отклик.

Любовь — дитя иллюзии и одновременно мать разочарования.

Жизнь человека на земле — это борьба, причём борьба прежде всего с самим собой.
__________

Любовь с неистовством ищет в любимом чего-то превыше него, а не находя, отчаивается.

Вера, которая не сомневается, — мёртвая вера.

Благодаря любви мы чувствуем все
то, что есть в духе от тела.

Наука — это кладбище мёртвых идей…
___________

Я часто видел своего кота думающим, но никогда не видел его смеющимся или плачущим.

Мы испытываем сострадание к тому, что нам подобно, и сострадание наше тем сильнее, чем сильнее и глубже чувствуем мы это подобие.

Зависть в тысячу раз хуже голода. Зависть — это голодающая душа

Любовь может жить воспоминаниями. Ненависти необходимы настоящие реалии.

Даже атеисту нужен бог — чтобы отрицать его.

Должно искать истину, а не смысл вещей.
____________

Эрудит по природе своей воришка, это говорю вам я, я, сам эрудит. Мы заняты тем, что отнимаем друг у друга маленькие находки, проверяем их и пуще всего боимся, чтобы никто другой не опередил нас.

Я не знаю, о чём идёт речь, но я оппонирую.

Прочувствовать — значит понять и осмыслить.

Копаясь в себе, мы замечаем лишь грязь, прах, из которого мы сотворены. Только в других мы способны заметить то лучшее, что заключено в нас самих, способны полюбить его.