Из интервью от 29 августа 2008: Майкл, как ты собираешься отмечать свой 50-й день рождения? Майкл, сейчас когда ты оглядываешься на свою карьеру, есть ли что-то, что ты бы сделал по-другому?
О,мы с детьми поедим немного торта и скорее всего посмотрим,какие-нибудь мультики. Я всё ещё с нетерпением ожидаю тех великих вещей,которые мне предстоит сделать,поэтому мне сложно ответить на это вопрос. По моему скромному мнению,лучшее-впереди.
— Музыкант должен его хорошо чувствовать. Все должно быть на своих местах. Это состояние все заполняет и способствует хорошему самочувствию. Определить это можно, прослушав пение. Все это я чувствовал в отношении «Билли Джин». Я предчувствовал, что она станет популярной. Я растворился в этой песне. Однажды в перерыве между записями я ехал с Нельсоном Хайсом, работавшим со мной в то время, по скоростному шоссе Вентура. В голове моей звучала «Билли Джин», и я думал, только о ней. Мы съехали с шоссе, когда нас догнал парень на мотоцикле и сказал: «У вас горит машина».
И вот после нашего с братьями выступления я подошел к углу сцены и сказал: «Вы прекрасны! Хотелось бы мне, чтобы прошлое вернулось. С моими братьями у нас были волшебные моменты, и с Джермейном тоже. Но, что мне по-настоящему нравится (и тут Нельсон просовывает мне в руку шляпу), так это новые песни.
—Я резко повернулся, схватил шляпу и начал двигаться в жестком ритме «Билли Джин»; я видел, что зрителям очень нравится. Братья сказали, что они толпились в кулисах, наблюдая за мной с открытыми ртами, а родители и сестры сидели в зале. Но я только помню, как открыл глаза в конце и увидел поднимающееся, аплодирующее море народа. Меня переполняли противоречивые чувства. Я знал, что выложился целиком, и мне было хорошо, очень хорошо. Но в то же время я чувствовал внутреннее разочарование. Мне хоте…
Выступление все еще угнетало меня, и я не чувствовал себя удовлетворенным до тех пор, пока один малыш не подошел ко мне за кулисами. Ему было около десяти лет, и он был одет во фрак. Когда он смотрел на меня, его глаза блестели. Застыв на месте, он произнес: «Ну и ну, кто же тебя так научил танцевать?» Я рассмеялся и сказал: «Наверное, тренировка.»
— Я помню, что огорчился, меня обидело, что такой вопрос даже мог возникнуть. Я им ответил, что «Триллер» должен быть лучше, чем «Слезай со стены». И признался, что хочу, чтобы этот альбом стал самым раскупаемым в мире. Они рассмеялись. Желание это представлялось просто нереальным. В ходе записи «Триллера» я, случалось, нервничал или огорчался, потому что не мог заставить работавших со мной людей смотреть на вещи моими глазами. Такое и сейчас иногда со мной случается. Люди часто просто не видят…
—Песенное творение-это ведь кровь популярной музыки. В творческом процессе отсутствуют временные рамки и всевозможные ограничения, он требует вдохновения и желания работать.
—Когда я на сцене, я преображаюсь. Во время выступлении я раскрепощаюсь. Я полностью владею сценой. И ни о чем больше не думаю. Стоит мне выйти на сцену, и я уже знаю, что хочу делать, и наслаждаюсь каждой минутой. Там я бываю по-настоящему раскован. Совершенно раскован. И это приятно. Так же раскованно я чувствую себя и в студии. Я знаю, когда у меня получается. А если не получается, знаю, как поправить дело. Все должно быть к месту, и если это так, тебе хорошо, ты чувствуешь, что чего-то дости…
Из книги Майкла Джексона «Лунная походка. История рассказанная им самим.»
—Я всегда недоумевал,как люди могут думать,что творчество артиста — всего лишь отражение каких-то реальных событий из его жизни или слепок с его или её образа жизни. Как правило,это далеко от истины. Порой я опираюсь на свой опыт,но бывает также,что песня рождается,как бы само по себе. Воображение артиста — главный его инструмент. Оно может создавать настроение,будить чувство.