Максим Горький

Редкие понимают женщину.

Нет людей чисто беленьких или совершенно черненьких; люди все пестрые.

Никогда не подходи к человеку, думая, что в нем больше дурного, чем хорошего…

Один, если он и велик, все-таки мал.

Человека приласкать никогда не поздно.

Подлецы — самые строгие судьи.

Жизнь? Иные люди? А тебе что до того? Разве ты сам — не жизнь? Другие люди живут без тебя и проживут без тебя. Разве ты думаешь, что ты кому-то нужен? Ты не хлеб, не палка, и не нужно тебя никому.

Но, чтоб сохранить себя цельным для жизни, — нужны огромные силы! Они были… Была у меня гибкость, ловкость… я все это прожил для того, чтоб научиться чему-то… что теперь совсем не нужно мне. Я и многие со мной — ограбили сами себя ради того, чтобы скопить что-то для жизни… Подумай, — желая сделать из себя человека ценного, я всячески обесценивал свою личность… Чтобы учиться и не издохнуть с голода, я шесть лет кряду обучал грамоте каких-то болванов и перенес массу мерзостей со стороны разных пап…
… показать весь текст …

Любовь к женщине всегда плодотворна для мужчины, какова бы она ни была, даже если она дает только страдания, — и в них всегда есть много ценного. Являясь для больного душою, сильным ядом, для здорового — любовь, как огонь железу, которое хочет быть сталью…

Ходили ко мне богатые паны и пировали у меня. Это им дорого стоило. Дрались из-за меня они, разорялись. Один добивался меня долго и раз вот что сделал; пришел, а слуга за ним идет с мешком. Вот пан взял в руки тот мешок и опрокинул его над моей головой. Золотые монеты стукали меня по голове, и мне весело было слушать их звон, когда они падали на пол. Но я все-таки выгнала пана. У него было такое толстое, сырое лицо, и живот — как большая подушка. Он смотрел, как сытая свинья. Да, выгнала я его, хотя он и говорил, что продал все земли свои, и дома, и коней, чтобы осыпать меня золотом. Я тогда любила одного достойного пана с изрубленным лицом. Все лицо было у него изрублено крест-накрест саблями турок, с которыми он незадолго перед тем воевал за греков. Вот человек!..

Зачем живёшь? Что ты сделал за жизнь? Чем тебя помянут?

-Лука, отчего же ты такой мягкий?
-Мяли много, оттого и мягкий.

Есть любовь, которая мешает человеку жить.

Я к истории равнодушен… Я ведь не вчера живу, а сегодня.

Не пишите на чистых страницах своего сердца чужими словами…

Когда труд — удовольствие, жизнь — хороша! Когда труд — обязанность, жизнь — рабство!

Я люблю книги: каждая из них мне кажется чудом, а писатель — магом.

Хитрость — ум зверя.

Говорят, на земле разные народы живут: евреи, немцы, татары, поляки. А я в это не верю, потому что есть только два народа — это бедные и богатые.

Чем больше человек вкустил горького, тем свирепее жаждет он сладкого.

Совсем без головы — не удобно.

Вера есть преступление перед лицом мысли.

…Однажды осенью мне привелось стать в очень неприятное и неудобное положение, в городе, куда я только что приехал и где у меня не было ни одного знакомого человека, — я очутился без гроша в кармане и без квартиры.

Продав в первые дни всё то из костюма, без чего можно было обойтись, я ушёл из города в местность, называемую Устье, где стояли пароходные пристани и в навигационное время кипела бойкая трудовая жизнь, а теперь было пустынно и тихо, — дело происходило в последних числах октября.

Шлёп…
… показать весь текст …

Вы немного рисуетесь своей прямотой.