Марина Сабода

На облачном шёлке заката осеннего
Тростинки, качаясь в такт ветру, сплелись…
Какая из них моя… для песни?

Глаза глядят —
Родное многое,
А на себе — роднее…
Совсем немногое.

«Стайка рыб».

Глядя с моста на течение тихой деревенской речушки, угадываешь это течение по плавно колышущимся длинным зелёным волосам водорослей и коротким, тёмным карандашам — спинам мелких рыбёх. Они то дружно застывают, то словно чего-то пугаясь, дёргаются и начинают двигаться в одном направлении. Эта картинка завораживает! Струящаяся жизнь постоянных перемен… как поток меняющихся состояний!
Кажущаяся беспечность,… но … только кажущаяся… появляется на мгновенье и сразу же исчезает, и появляется собранность, слаженность, устремлённость…
и снова безмятежность. Гераклитовое «всё течёт, всё изменяется»!
А нам остаётся только ловить дзен.

«Зимы переживания».

Всё шире улыбка Солнца! Ветшает одёжка у Зимы, вот уже первые прорехи заметны… Пытается их залатать Зима ночными морозами да плохо у неё это получается: в одном месте «зашьёт», в другом — расползается.
«Да.», — думает Зима, — «теряю силу… не пора ли мне на покой?!»

20.03.23 г.

Многие, стремясь стать богатыми, желают постичь всю полноту жизни, не подозревая, что в нагрузку получают статусные зависимости.

«Очередь».
Есть очередь, в которую люди не торопятся встать, не лезут туда, всех расталкивая по дороге, неожиданно могут стать вежливыми, пропуская кого-то вперёд, но так или иначе, рано или поздно, каждый дойдет до кассы, где жизнь выставит свой счёт и уйти, не оплатив его, не получится!

«Раньше мы неслись к коммунизму, теперь — к обогащению. И то, и другое — призраки». (Александр Ширвиндт).
Светлая память! Любим, помним!

Начитанность расширяет горизонты, а для сноба становится ловушкой.

С ПРАЗДНИКОМ, ДРУЗЬЯ!

Шумливые тёплые ветры,
Весну на поля принесли,
Серёжки пушатся на вербе,
Мохнатые, точно шмели.
Речные запруды ломая,
Весенняя хлещет волна…
Да здравствует Первое мая!
Да здравствует труд и весна!

Пусть мир торжествует на свете
И дружат народы земли,
И так же на солнышке дети
… показать весь текст …

«Не Ваш человек».

Романовна села у окна. Она была в таком возрасте, когда у отчества уважительно теряется имя, подчёркивая авторитет его носителя. И, правда, на даче среди деревенских, она слыла женщиной простой, добродушной, отзывчивой, иногда бойкой, если этого требовало какое-либо дело.
Поезд тронулся и понёс её к точке в семейной жизни. За окном проносились перелески с речушками, махонькие деревеньки. Но этих пейзажей Романовна не замечала, нахлынули воспоминания: как они с мужем тридцать л…
… показать весь текст …