Константин Мака

Всегда в истории любых времен
Найдутся Пушкин и Нерон.
Один — как памятник величия России,
Второй — как воплощенье злой миссии.
И Порошенко званьем будет награжден,
Он был известным при Обаме — холуем.

Развилку жизни, встретив на пути,
Предчувствием потерь душа вопит, тревожится.
Казалось, через дебри лет нам удалось пройти,
Но перекрестки зла, неверия и лжи все множатся…

Душа, одетая в слова,
как в океане острова.
Сидит, нарядная, и ждет,
когда тайфун по ней пройдет,
одежду в клочья разорвет.

Стараюсь не врать, не кричу, не ругаю,
И делаю вид, что ответы я знаю.
Но в Новом строю, — я как нищий шагаю,
Давно не пою, а лишь Гимн подпеваю.

Ты не верь провидцам, — пусть болтают и каются,
Марши слов и аплодисменты толпы, — театральный показ.
Моряки на просторах морей живут и качаются.
В экипаж кораблей выбирают мужчин похожих на нас.

Нас на волнах судьбы и дорог постоянно качало,
Пили спирт, и садились мы килем на самое дно.
Нас торжественной медью Славянка в порту встречала,
Винт в походах шумел и крутился, как волчок в казино.

Мы вернулись живыми на берег в семейную гавань.
И как ветошь в шкафу упакован наш стояночный гюйс.
Но на гладкой и черной плите твоего могильного мрамора,
Я читаю и вижу слова про великую, сильную Русь…

Калека — кризис долбает в темя,
И всем понятно, — такое время.
Скучают люди без разворотов,
Без витражей и наворотов.
Мы по граблям шагаем вольно,
Когда привыкнешь, уже не больно.
Опять в России меняют знамя,
Но нам привычно дерьмо и пламя.
А на дорогах лихое племя
Рубли считает, — такое время.

Песок пустыни
зовет к себе
картиной миражей,
и одиночеством,
без жалости,
нас обнимает жаждой.
И память чувств,
песком, ушедших
в бесконечность дней,
нас не спасет уже
от одиночества
и жажды.

Много слов и моих дорог
Утонуло в озера синие.
Но оставил я в сердце залог,
Песни ветра моей России.
И сегодня, кричит из вчера,
Приглашает на праздник
молодость.
А по лужам и в окна стучит
Запоздалый мой гость,
дождик.
Слушай, друг, хватит звенеть.
Ты охрип, никому не нужен.
Надоела осенняя медь.
Поздно бегать с тобой
… показать весь текст …

За лесами, за горами,
Не на небе, на земле,
На заснеженном Ямале
Жил шаман в своей стране.

Сколотил себе бригаду
Разнополых мастеров,
Чтоб творить и жить достойно,
Нужно тратить меньше слов!

Вот опять теплее стало.
Ночью с кошками скандал.
И старик созвал дружину
И наказ бригаде дал:
… показать весь текст …

Скрыла несказанное за многоточием…
Правда и суть — от того не меняются…
Этот Козел придет среди ночи.
В старом году все опять повторяется…