Карен Джангиров

Стрекоза подлетела и села на нос пчелы. Пчеле это не понравилось и она сделала себе харакири. С чувством и обстоятельно.
А я стоял и смотрел, и думал… Над суицидной пчелой закружилась рыба
с предсмертной картины Дали. Украденной им у Босха. Потом сделала сальто и рухнула в бесконечность.
А я стоял и смотрел, и думал… Рядом остановился мамонт, разбуженный воплем пчелы. С него ручьями стекала вода, затапливая реальность…
Он, похоже, только оттаял и был еще очень несчастен.
А я стоял и смотре…
… показать весь текст …

Александру Захарченко

Это не важно — сколько ты прожил лет,
это не важно — сколько ты прожил зим, сколько звенело в кармане твоем монет, какими ветрами был по земле гоним.

Важно другое — погладив седой рукой,
Отче тебя уже ни о чем не спросит,
даст тебе снова небо над головой
и, может быть, даже о чём-то тебя попросит…

Из маленьких женщин
время течет
быстрее

Разбиваясь
о маленький
камень, огонь
становится мо-
тыльком

Думал он, думал.
Думал он долго.
Думал всю осень и зиму… Весной,
очнувшись от запаха первых сиреней,
произнес со смертельной тоской на лице:
«Беатриче была проституткой»

В тишине августейшей
я слышу, как плачет
ребенок, рожденный
птицей

Кулак убивает
ладонь

По местам, не замеченным
временем,
странствуют краски
Мастера

Я вышел из дома,
потом обернулся,
увидел потухшие
окна и стало
немножечко грустно,
немножечко больно —
ведь кто-то остался
там

С далеких времен
прорываясь сквозь толщу дней
летит и летит к нам зеленый ветер,
но мы его не замечаем
и лишь иногда ощущаем на лицах
прикосновение детства
как тепло материнских рук
и понимаем с грустью
как далеко мы ушли
от будущего
__________________
В нас постепенно исчезают птицы
взамен степенно множатся ужи
__________________
… показать весь текст …

Более всего
меня настораживают простые вещи:
фиалки в руках одинокой девочки,
зеленая шляпа на голове прохожего,
обрывок афиши в объятиях ветра,
поползновения ложки на краю стола,
ужимки графина в малиновых сумерках…
Я в ужасе от
непостижимости происходящего
и, признавая свое поражение,
я укрываюсь от жутких подробностей мира
хрустальным щитом
безумия

До дома, который
пока еще помнит,
сняв сапоги,
идет босиком —
солдат побежденной
армии

Она говорила:
«Верни мне мои колокольчики!»
Топала ножкой,
разбивая окрестные звезды.
Потом уходила,
добегая до самых дверей.
Но всегда возвращалась
к волнующим душу страданиям…
Она была просто
женщиной

Лилипуты, обнявшись,
грустят о больших
событиях

Птица
снится себе
и не может проснуться,
пока остается
птицей