Иосиф Александрович Бродский

Одиночество есть человек в квадрате.

В одиночке при ходьбе плечо
следует менять при повороте,
чтоб не зарябило и ещё
чтобы свет от лампочки в пролёте
падал переменно на виски,
чтоб зрачок не чувствовал суженья.
Это не избавит от тоски,
но спасёт от головокруженья.

14 февраля 1964 года, тюрьма.

…

…В Новогоднюю ночь я сижу на стуле.
… показать весь текст …

День кончился. И с точки зрения дня все было вправду кончено.

Всякий, кто симпатизирует политической системе, уничтожившей миллионы своих граждан ради укрепления своей стабильности, должен быть признан законченным идиотом. В лучшем случае, речь может идти о задержке в развитии. Это-то и есть та лакмусовая бумажка, которая показывает, мыслящий вы человек или нет; и что еще важнее — все ли у вас в порядке с этикой.

…Книги стали первой и единственной реальностью, сама же реальность представлялась бардаком или абракадаброй… существование, игнорирующее нормы, провозглашенные в литературе, второсортно и не стоит трудов.

И нет правых и виноватых и никогда не будет. Надо постараться свести до минимума число проигравших. Я думаю, страна выдохлась. У людей просто нет сил. Нет сил, и, более того, нет четко очерченных соблазнов. Самая большая катастрофа, которая произошла в России, это колоссальный антропологический сдвиг, спад, колоссальная деградация. И это главное преступление коммунистической системы перед человечеством, перед Россией по крайней мере. Произошло нечто с сознанием людей. Где-то в середине этих 70 лет Россию разбил паралич воли.
Пояснение к цитате:
Беседа с Еленой Якович, состоявшаяся в Венеции в ноябре 1993 года. Опубликована в «Литературной газете», 1994.

Осень

выгоняет меня из парка,
сучит жидкую озимь
и плетется за мной по пятам,
ударяется оземь
шелудивым листом
и, как Парка,
оплетает меня по рукам и портам
паутиной дождя;
в небе прячется прялка
кисеи этой жалкой,
и там
гром гремит,
… показать весь текст …

Вещь. Коричневый цвет
вещи. Чей контур стерт.
Сумерки. Больше нет
ничего. Натюрморт.

Смерть придет и найдет
тело, чья гладь визит
смерти, точно приход
женщины, отразит.

Это абсурд, вранье:
череп, скелет, коса.
«Смерть придет, у нее
будут твои глаза».

«…на каком-то этапе понял, что я сумма своих действий, поступков, а не сумма своих намерений»

Иосиф Бродский
Годы жизни: 24 мая 1940 — 28 января 1996
Страна рождения: Россия
Сфера деятельности: Драматург, Поэт
…

Из записной книжки 1970 г.

Страшный суд — страшным судом, но вообще-то человека, прожившего жизнь в России, следовало бы без разговоров помещать в рай.

Кошка грациозна при любом положении своего тела. Не то с человеками. Что же тогда есть наши представления о красоте, грации и проч., если на сто процентов отвечают им только животные.

Приходится умозаключить, что когда речь…
… показать весь текст …

Среди бела дня начинает стремглав
смеркаться, и
кучевое пальто норовит обернуться шубой
с неземного плеча. Под напором дождя
акация
становится слишком шумной.
Не иголка, не нитка, но нечто бесспорно
швейное,
фирмы Зингер почти с примесью ржавой
лейки,
слышится в этом стрекоте; и герань
обнажает шейные
позвонки белошвейки.
… показать весь текст …

Сюзанне Зонтаг

I

Мокрая коновязь пристани. Понурая ездовая
машет в сумерках гривой, сопротивляясь сну.
Скрипичные грифы гондол покачиваются, издавая
вразнобой тишину.
Чем доверчивей мавр, тем чернее от слов бумага,
и рука, дотянуться до горлышка коротка,
прижимает к лицу кружева смятого в пальцах Яго
каменного платка.

II
… показать весь текст …

Как нравится романс его тебе.
Гадай, как оказался он в толпе,
но только слишком в дебри не залезь,
и в самом деле, что он делал здесь,
среди дождя, гудков автомашин,
кто может быть здесь более чужим,
среди обвисших канотье, манжет
и старых пузырящихся газет,
чем вылезший на монотонный фон
нечесаный смятенный солдафон.

Кошмар столетья -- ядерный грибок,
но мы привыкли к топоту сапог,
привыкли к ограниченной еде,
… показать весь текст …

Крик:
Я маятник. Не трогайте меня.
Я маятник для завтрашнего дня.
За будущие страсти не дрожу,
Я сам себя о них предупрежу.
Самих себя увидеть в нищете,
Самих себя увидеть на щите,
Заметить в завсегдатаях больниц
Божественная участь единиц.

Признание, награда и венец,
способность предугадывать конец,
Достоинство, дарующее власть,
Способность, возвышающая страсть,
… показать весь текст …

Человек не сумма того, во что он верит, на что он уповает. Человек — не сумма своих убеждений. Человек — сумма своих поступков.

У человека есть множество способов искалечить свою жизнь
и, значит, если он поэт, — излить горечь в своих песнях."

Болезнь и смерть — вот, пожалуй, и все, что есть общего у тирана с его подданными. Уже в этом смысле народу выгодно, чтобы правил старик. Не то чтобы мысль о неизбежности смерти обязательно просвещала и смягчала нрав, но время, затраченное тираном на размышления о собственном, скажем, обмене веществ, есть время, отнятое от дел государственных. И внутренние, и международные периоды затишья прямо пропорциональны числу болезней, грызущих вашего Генерального Секретаря или Пожизненного Президента. Да…
… показать весь текст …

«Не быть иль быть — вопрос прямолинейный
Мне задает мой бедный ум, и нервный
Все просится ответ: не быть, не быть,
Кого-то своевременно забыть,
Кого-то своевременно любить,
Кого-то своевременно… Постой!
Не быть иль быть! — Какой-то звук пустой.
Здесь все, как захотелось небесам.
А, впрочем, говорил об этом сам.
Гораций мой, я верил чудесам,
Которые появятся извне…
Безумие — вот главное во мне.»

ИОСИФ БРОДСКИЙ
… показать весь текст …

Какая наступает тишина
в прекрасном обрамлении окна,
когда впотьмах, недвижимый весь век,
как маятник, качнется человек,
и в тот же час, снаружи и внутри,
возникнет свет, внезапный для зари,
и ровный звон над копьями оград,
как будто это новый циферблат
вторгается, как будто не спеша
над плотью воцаряется душа,
и алый свет, явившийся извне,
внезапно воцаряется в окне,
внезапно растворяется окно,
как будто оживает полотно.

«Империя -- страна для дураков».
Движенье перекрыто по причине
приезда Императора. Толпа
теснит легионеров, песни, крики;
но паланкин закрыт. Объект любви
не хочет быть объектом любопытства.

В пустой кофейне позади дворца
бродяга-грек с небритым инвалидом
играют в домино. На скатертях
лежат отбросы уличного света,
и отголоски ликованья мирно
шевелят шторы. Проигравший грек
считает драхмы; победитель просит
… показать весь текст …