Игорь Губерман

Мужчины — безусловный авангард
всех дивных человеческих затей,
и жаль, что не умерен их азарт
ношением и родами детей…

Наука наукой, но есть и приметы;
Я твёрдо приметил сызмальства,
Что в годы надежды плодятся поэты,
А в пору гниенья — начальство.

В стихах моих не музыка живет,
а шутка, запеченная в банальности,
ложащаяся грелкой на живот,
болящий несварением реальности.

Мир столько всякого познал
с тех пор, как плотью стала глина,
что чем крикливей новизна,
тем гуще запах нафталина.

Надеюсь, что правду, едва лишь умру,
узнаю при личном свидании,
пока же мы с Богом играем в игру,
что будто Он есть в мироздании.

А вы — твердя, что нам уроками
не служит прошлое, — не правы:
что раньше числилось пороками,
теперь — обыденные нравы.

Внезапное точное слово
случайно прочтешь у поэта —
и мир озаряется снова
потоками теплого света.

Поскольку нету худа без добра,
утешить мы всегда себя умеем,
что если не имеем ни хера,
то право на сочувствие имеем.

Сейчас не спи, укрывшись пледом,
сейчас эпоха песен просит,
за нами слава ходит следом
и дело следственное носит.

Есть женщины, познавшие с печалью,
Что проще уступить, чем отказаться,
Они к себе мужчин впускают в спальню
Из жалости и чтобы отвязаться!