Эрих Мария Ремарк

«Ни для кого на свете земля не означает так много, как для солдата. В те минуты, когда он приникает к ней, долго и крепко сжимая ее в своих объятиях, когда под огнем страх смерти заставляет его глубоко зарываться в нее лицом и всем своим телом, она его единственный друг, его брат, его мать. Ей, безмолвной надежной заступнице, стоном и криком поверяет он свой страх и свою боль, и она принимает их и снова отпускает его на десять секунд, — десять секунд перебежки, еще десять секунд жизни, — и опять подхватывает его, чтобы укрыть, порой навсегда.
Земля, земля, земля!.. "

Вечно мы забываем, что в любое время можно самому поставить точку.
Мы получили это в дар вместе с, так называемым, разумом.

Дай женщине пожить несколько дней такой жизнью, какую ты ей предложить
не можешь, и наверняка потеряешь её. Она попытается обрести эту жизнь
вновь, но уже с кем-нибудь другим, способным обеспечивать её всегда…

Всё совершаемое нами мы оправдываем вынужденностью. Когда мы бомбим города — это стратегическая неизбежность, а когда бомбят наши города — это гнусное преступление.

— Что же ещё у нас осталось? — спросил я.
— Яблоки на деревьях, золотой октябрь и наши мечты, — ответила она.

В каждом человеке скрыто немного сентиментальности.

Судьба никогда не может быть сильнее спокойного мужества, которое противостоит ей.

— … быть может, во всём виновата осень; я ощущаю её сильнее, чем ты. Осенью рвутся пакты и всё становится недействительным. И человек хочет… Да, чего же он хочет?
— Любви.

Я не хочу никаких детей и никакой жены, кроме тебя. Ты мой ребенок и моя жена.

Тебе следовало бы лежать на моём плече, мне так хочется ощущать твоё дыхание, ты не должна уходить… ах, жизнь слишком коротка для нас, а сколько без тебя уже упущено и утрачено…