Дмитрий Емец

Вы никогда не задумывались, что книги существуют отдельно от писателей? Имеют свою особую, никак не соединенную с ними судьбу? Ну как яблоко, когда отделится от яблони, уже никак с ней не связано. Живет отдельной независимой жизнью, и яблоня смотрит на него даже с некоторым недоумением: неужели это яблоко — мое?

В каждый конкретный момент жизни существует хотя бы одно препятствие, которое мешает расслабиться и ощутить себя счастливым. Бывает, что таких препятствий два или три, но чаще все же одно. Мелкое, досадливое, назойливое. У каждого оно свое и потому всякому другому кажется пустяком. Для кого-то это достающий одноклассник/однокурсник. Для другого — прыщи на лбу. Для третьего — пустой карман. Для четвертого отсутствие близкого человека или, напротив, слишком назойливое присутствие того, кто считает себя таковым.

Почему-то часто так бывает: когда ты в беде, внезапно приближаются те люди, которых ты раньше едва знал, и исчезают многие из тех, кто прежде был якобы близок. Может, и хорошо, что так. Иначе бы не разобрались.

Ты считаешь, что любишь. Но что такое «любить» — не знаешь и сам. Можешь ли ты честно сказать, что не ищешь своих удовольствий? Не раздражаешься, готов принимать человека и в болезни, и в дурном настроении, готов бесконечно терпеть? Прощать несовершенство, ошибки, недостатки? Некрасивость, появляющиеся морщины, портящиеся постепенно зубы? Всегда отдавать, ничего не получая взамен? Любовь — это бесконечные мелкие жертвы. Крупные жертвы от тебя будут требовать редко, а вот мелкие — каждую секунду. И если ты к ним не готов, не готов и к любви. Назови свое чувство как-нибудь иначе и не пачкай хорошего слова. Оно и так сейчас испачкано вконец.

В человеке — не вообще в человеке, а во мне лично — катастрофический дефицит любви. Любить-то мы готовы, но только чтобы нас не бесили, не дергали, не злили, ни о чем не просили, не перегружали, не наступали на наши мозоли, вовремя оставляли в покое, давали нам больше, чем даем мы, или хотя бы столько же… Вот и приходится, зная это за собой, любить, сцепив зубы.

Счастлив не тот человек, у которого есть для этого основания, а тот, у кого достаточно жизнелюбия, чтобы радоваться всему, что с ним происходит, и не напрягаться каждую секунду, ожидая удара в спину. Такой человек словно изнутри светится! Весь мир для него, даже если у него в кошельке вместо денег одни дохлые мухи да крошки от хлеба!

— У меня есть прекрасный план! Давай ты будешь всегда меня любить!
— А ты? — спросил Сашка с надеждой.
— Э, нет! Это уже твой план! Давай мы вместе будем любить меня !

Дм. Емец «Мост в чужую мечту»

— Ты могла бы пойти за мной в Сибирь? — внезапно спросил Родион.
Штопочка перестала сворачивать бич и удивленно посмотрела на него.
— Че? — спросила она.
— В Сибирь за мной пошла бы?
Штопочка хорошо подумала:
— Не, обломись… Я не подписывалась. Далеко.
«Вот… — подумал Родион. — И этой ты не нужен».
Штопочка о чем-то продолжала размышлять.
— Нет, ни за что… — повторила она и вдруг с покорной мольбой в голосе добавила: — Может, хоть полдистанции на поезде? Еще ж рюкзаки тащить… Хоть рогом упрись — больше восьмидесяти кэмэ в день мы не сделаем… Да и восемьдесят не сделаем, от силы шестьдесят… Да и зима на носу.
Родион вначале не понял, о чем она, а потом понял и расхохотался.
— Ты думала — бегом? — спросил он. — В Сибирь бегом?
— Э-э… — сказала Штопочка. — А как еще? Я думала, ты об этом.

1) Любой кусок, вырванный тобой из глотки другого, на самом деле выгрызен из твоей.

2) Шумно страдают только симулянты и клоуны. И те и другие в корыстных целях.

3) Моральные нормы расшатываются как молочные зубы. Вначале чуть-чуть, потом немного больше, а затем — чпок! — и зуба нету.

4) Человек — это то, чем он занимается.

5) Пусть жизнь — это бой, но вести его нужно расслабленно и гибко.
------------
Со стороны и жить проще.

Сердце человека — единственная дверь, через которую зло может войти в мир.