chibur bibur

Себя на ноль не умножают, не строят трон из пустоты. И если гости приезжают, с порога не кричат им .ты
Им не нужны те диалоги, в которых очень много слов. И отпускают все тревоги, как будто бы пускают кровь.
Из тишины вдруг вырастает ситара пряная струна. И чувствуешь, как что-то тает, и опускаешь в пол глаза.
И мягче станет смерти хватка, той у которой все в долгу. И ты поверишь в жизнь украдкой, и крикнешь просто… я смогу!

Все экзамены сданы и подписаны. Все углы разделены биссектрисами. Ночи все на коленях отстояны. Чипы каждому в голову встроены. И теперь пускай всё по правилам, раз так быстро мой вывих вправили. Не поётся мне и не можется, а всё больше бьёт и корёжатся. Раз такой расклад, то и ну его. Буду пить с тобой зелено вино. Станем оба мы, словно пьяными. Полетит любовь над диванами. И сольётся всё, и смешается. И стрелой купидон настреляется. А как утро придёт, пойдём бо’сыми.Мы за сон-травой, по над за ро’сами.

Ты дана мне в наказание, от безжалостных богов. Чудо-формы оправдание сотням спиленных рогов.

Утеряна сила движений, с простым названием жизнь. Не нужно разных борений, ты только течения держись. Мягко и параллельно лягут в строчки слова. Тихие воскресенья, где ты за столом голова. Утеряна сила движений, да так, что хочется выть. И никаких сообщений тебе уже не получить.

Всю жизнь платил налоги, не пил и не курил. И на ночь мыл он ноги, и «с мухами дружил». Но жабой оказалась жена у молодца, она не растерялась и съела кузнеца.

Говорила в детстве мама -Не шали! Не послушал и уехал в Сомали. Здесь устроился пиратом, чернокожий стал мне братом, здесь за доллары живут не за рубли! Сомали-утоли мои печали, Сомали. Сомали — томным взглядом провожаю корабли.

У Себастьяна Баха есть красная рубаха, есть красная рубаха и с нею он живёт. Когда орган смолкает, её он одевает, её он одевает и тихо, в слух поёт. Про родную сторонку, про милую девченку, про лес, и про березу, что под окном растёт. И сам не понимая откуда блаж такая, в нём старом, добром немце, тревожит и живёт.