Ашот Наданян

Плох тот некролог, из которого нельзя сделать несколько эпитафий.

Курица не птица, роддом не больница.

Трое вызывают недоверие: курящий врач, смеющийся священник и причёсанный шахматист.

Не гонитесь за новинками: способ размножения человека не меняется уже долгое время — и ничего.

Ледоруб — альпинистский инвентарь, который известен не тем, что спас тысячи жизней, а тем, что погубил одну.

Отношение к шахматам как к искусству и творчеству временами мешает мне добиваться спортивных успехов. Когда я вижу красивый ход, то не могу сдержаться: должен его сделать. Даже если это будет в ущерб качеству. А для спортивных результатов это не хорошо. К тому же, в шахматы играют двое. Если бы я был один, без соперника, как, скажем, художник или скульптор, — можно было бы творить. А так за мои «художества» соперник меня, как правило, наказывает.

Когда деньги начинают портить человека, человек начинает портить деньги.

Страна от страха наложила вето.

Занявший последнее место на соревновании лесорубов показал тот же результат, что и победитель — наломал больше всех дров.

Свадебный пир — это такой же акт гуманизма в отношении новобрачных, как последний ужин для приговорённых к смертной казни.