Ашот Наданян

Как часто вначале произносят церемониальные речи, а потом демонстрируют бесцеремонное отношение.

Популярность как фейерверк: вначале — яркая вспышка, потом — много шума, затем — пустое место.

Чтобы подкова над дверью приносила удачу и защищала, нужно её снять и взамен установить камеру видеонаблюдения.

Писатель без блокнота, как финансист без банкнот.

Чемпионат Армении 1997 года. На сцене — двенадцать шахматистов, в зрительном зале — аншлаг. Полная тишина, как и полагается. Вдруг в сопровождении телохранителей в зал входит… президент страны Левон Тер-Петросян. Он поднимается на сцену, проходит в середину и останавливается возле моей доски. Изучает позицию. О, ужас! Мой ход, позиция сложная, а за спиной — президент. Что делать? Встать — крайне глупо, продолжать сидеть — невежливо. В более конфузной ситуации я никогда не оказывался. Обхватив руками голову, я притворился, что весь ушёл в позицию, а на самом деле жалел о том, что провалиться под землю можно только на словах. Президент через пару минут отошёл, а я так и не смог настроиться на партию и бесславно проиграл.

В шахматах признать поражение можно несколькими способами: можно опрокинуть своего короля, можно остановить часы, можно получить мат и, наконец, можно просто начать материться.

И географические карты бывают краплёными.

Видя, какую опасность для самолётов представляют даже небольшие птицы, понимаешь всю мудрость природы, сделавшей страусов нелетающими пернатыми.

Навозные мухи не жалуются на своё меню.

Все слова уже сказаны, афористы лишь расставляют их в лучшем порядке.

Чтобы высмеивать Наполеона, нужно быть Кутузовым.

Может, у меня проблемы со слухом, но когда говорят «тусуются», я слышу «пасутся».

Сочувствие может действовать как анестезия, а злорадство — как эвтаназия.

Добродетель курицы — яйценоскость.

Наша сборная по футболу обращается с мячом так, что ни в какие ворота не лезет.

Судно — транспортное средство, которое пристаёт к причалу, а причаливает к пристани.

Когда львы с гиенами дерутся, выигрывают антилопы.

Бедуины не дерутся за место под солнцем.

Когда чаша терпения народа переполняется, её содержимое разливается в бутылки с зажигательной смесью.

Раньше вздрагивали от телеграмм, теперь вздрагивают от телепрограмм.