Анна-Мария Кёр

Ночной музыкальный калейдоскоп, разноцветная музыка ночи: фанк, джаз и звёздный блюз. Звучит соло сумерек, бурлит жизнь звёзд в тумане, насыщенная капельным движением.

Она танцует зажигательный танец, слушая голоса огней…

Я прихожу Тебя послушать, помолчать или поговорить, или просто спросить, как жить. Всматриваюсь в Твой лик грустный, измученный, а ты касаешься предплечья и спрашиваешь почему я расстроена… Я Тебя распинаю ежедневно
своими словами и поступками, а Ты прощаешь смиренно и исцеляешь сердце слезинками. Ты даёшь мне столько лёгкости, столько солнца, тепла и света, раны исцеляешь и потёртости, чтобы Душа моя снова была лёгкой.
Прошу Тебя, научи меня слышать, Господи, Слово Твоё и верить. Ибо Тебе только мысли и помыслы, не сомневаясь, могу доверить.

Она из тех женщин, у которых всегда всё хорошо. Всегда…, хоть изранена её Душа… Женщина в красном платье… Твой сон? А может, мечта твоя? Нет… Она твоё воспоминание! Женщина в красном, разрез на платье? Нет… Разрез по нерву! Женщина в красном твоё танго? Нет… Она сальса! В упругой плоти экстаз красных вин. Усталый взгляд? Нет… Она королева! А ты рядом с ней только тень.

В Орта-Сан-Джулио я поселилась в старинном доме, в апартаментах на втором этаже. За окном озеро, его подсвечивали точки огней на деревянном мостике. На небольшом балконе целая оранжерея цветов. В комнатах красивая антикварная мебель, много фотографий в серебряных рамках, икона Мадонны в одной из комнат и распятие над дверным косяком на кухне. …Небольшая библиотека, на столе несколько книг и записная книжка. Открыла одну из книг, увидела подчеркнутые строчки, а в записной книжке были написаны комментарии к тем самым строчкам. У меня сформировался духовный образ хозяйки… Думаю, что огромное зеркало над камином, в котором «отражалось» несколько эпох, открывало её суть не больше, чем я открыла эту женщину для себя, разглядывая её вещи, фотографии и книги.

Если ты разочарована в том, что видишь в стекляшке бриллиант, не удивляйся. Ведь ты очаровалась, а не очаровывала…

Тихая мелодия будильника осторожно постучала в дверь её сна. Новый зимний день приглашал поздороваться с ним и погрузиться в бесконечные лабиринты запланированных слов, в эмоции, которые придётся испытать в собственной душе, и открытия, которые оставят едва уловимые следы… Осторожными шагами, она приблизилась к двери кухни, где в ожидании любимой церемонии заваривания ждал кофе. Белоснежные чашки наполнялись опьяняющим кофейным океаном, который околдовал своим ароматом всё пространство вокруг…
Кофейное утро, то, которое она так любит! И он рядом… Его лёгкий поцелуй спрыгнул с губ, касаясь её шеи. Мужественные ладони отвернули утренний сон, оставляя его только воспоминанием ночи. А её прищуренный серо-голубой взгляд здоровался с рассветом за окном. Лёгкая улыбка мелькнула на устах, приласкав его лицо…

Она заглядывает Ему в глаза и улыбается; слушает его истории, которые наполняют её жизнь новым содержанием и они становятся союзниками… Она становится таким образом увереннее и защищённее.
__________________________
Когда Она слушает Любимого Человека…

Никогда не закончатся лакомства, от которых твоё «доброе утро» имеет вкус хрустящего круассана, «добрый день» вкус — шоколада Ледерах, а «добрый вечер» — вкус меренги…

Она
…рассыпает лепестки нежности…
Нет ничего на свете их дороже!
Она
… в небеса улетит ветерком.
Вернётся мелодией любви!
Она
…ветер из добра и красоты.
Свежее дыхание дождя.
Чувственность из утренней росы!
Она
…твой рассвет бездонный …
из неземных цветов!

Была середина января, и мир превратился в снег. Улицы мерцали снежинками, они летели в лицо, при любом направлении ветра, и я тщетно пыталась отгородиться от них меховым капюшоном. Сквозь ветер я услышала, как ты кричишь мне вдогонку моё имя, я сначала даже не остановилась. Казалось, если идти достаточно быстро и достаточно долго, можно оторваться от своих мыслей, вырваться из этого леса вечерних фонарей и, придя домой, отряхнуть из памяти все воспоминания, как снег с пальто.
Но ты окликнул меня снова, и я обернулась. «Аниела, обещай, что я тебя ещё увижу», — разорвался твоим голосом воздух. Снег сверкал в электрическом освещении. Сквозь метель я словно различала звук твоего дыхания.
«Ты меня слышишь?» — снова вздрогнула улица. Я кивнула.
…В тебя влюбляться было категорически нельзя. Ты был чем-то случайным, чем-то летучим, чем-то мимолетным…