Аминора

Горное ущелье спит полночным сном.
Тени бродят тихо где-то под окном.

Монастырь прижался прямо под скалой,
И к реке ступени вьются чередой.

Колокол над входом смотрит, молча вниз,
По забору виден там резной карниз.

Кошка притаилась где-то в темноте,
Спит собака в тесной, теплой конуре.

В узкой келье молится старенький монах.
Свет лампады стелется нимбом на плечах.
… показать весь текст …

И те, жиреющие на войне,
Что скажут нам, тебе и мне?
Как взглянут в детские глаза,
В которых светится слеза.

Как объяснят, за что убит
Тот мальчик? Просто спит?
За что разрушили их дом,
За что Земля горит кругом?

И мир уже сплошной бедлам,
Горит, и вОйны тут и там.
И нас теперь забыли Небеса
И для кого теперь роса?
… показать весь текст …

Боже мой, откуда ж ты пришел?
Не забытый, но совсем нежданный.
Как же ты меня, мой друг, нашел,
Грустный странник и всегда желанный.

Сколько ж не видались долгих лет?
Думала, что нет тебя уж больше.
Что покинул этот грешный свет,
И от этого мне становилось горше.

Ты приехал из таких далеких стран,
Где бывать я только лишь мечтала.
Ты нашел там свой большой Ашрам,
Там, наверное, Душа твоя летала.
… показать весь текст …

Кружится снег над елью и не тает,
Луну сквозь тучи разглядеть невмочь.
В такую ночь чуть-чуть нам не хватает-
Его улыбки, рук, желания помочь.
Но Он родился, Он уже родился!
Лучом блеснула Вифлиемская звезда.
В душе и сердце каждом проявился
И будет звездочкой гореть всегда.

Когда уставший город затихает,
Ночной покров ложится на дома,
Нахлынут чувства, опять я вспоминаю
Забытые совсем любви слова.

Слова ложатся в памятные фразы,
Строкой бегущей, как на мониторе.
И снова всё я вспоминаю сразу,
Любовь и жизнь, радости и горе.

Прогулки в парке и объятья при луне,
И ты читал свои шутливые стихи.
Была я счастлива с тобой наедине,
И были очень мы тогда с тобой близки.
… показать весь текст …

Совсем не пишешь и не позвонишь
Не знаю как-то даже, жив ты или нет.
Тревожно на душе и не идет ответ,
А может, как и я, совсем не спишь?

С надеждой я смотрю на Небеса,
А вдруг подует на меня твой ветер,
Ну, ведь бывают чудеса на свете,
А с ветром и объявишься ты сам.

Ты позовёшь, откликнусь я душой
И полечу, и обниму, от счастья тая,
Для одного тебя бываю я другая,
От бед согрею радугой — дугой.
… показать весь текст …

Всегда найдется кто-то, кто старается опустить тебя с твоего неба на грешную землю. Туда, где над головой постоянно серое небо, где всюду грязь, где никто не любит друг друга, а только притворяется. Где каждый старается гнобить другого только потому, что он не как все, отличается, а потому мешает жить в толпе и выбивает из колеи.))

Пустыня есть в каждом из нас. Одни в ней тонут, другие строят из песка свои волшебные замки.

На Небеса уходят наши мамы,
А мы не можем их остановить.
Лишь всё взываем к ним —
Мамулечка родная, мама!
И не порвется никогда
Связующая сЕрдца нить.

Прости меня! И я тебя прощаю!
Звучит раз в год, ну это так дано.
А надо не просить, я полагаю,
А добрым быть, ведь мы Одно!

Мир похож на Чертово Колесо.

Я все кручусь на нём без остановки. Хочу сойти и не могу. Кричу смотрителю, прошу остановить, но он не слышит и повернулся спиной.

И я уже готова выпрыгнуть из него, привстала, но… не успела. И колесо меня опять тащит наверх. Каждый оборот это год жизни.

Остановите же наконец, я сойду.

Уму непостижимо! Пять бабулек, сидящих на одной лавке, запросто могут перекричать взвод солдат.

Предавший раз, предаст и дважды.
Давно об этом мудрецы сказали.
И, наступив на грабли, мы однажды,
Второй раз сунемся туда едва ли.

Щелчок, однажды получив по носу,
Ты, если не дурак, не сунешься опять.
И будешь жить, и не задашь вопроса,
Сотрешь из памяти, не станешь доверять.
26.09.20

Подруги, не ревнуйте вы к мужьям,
Ведь существует братство фронтовое.
И там, где вас сейчас есть только двое,
Там много тех, кто дорог всем друзьям.

Не надо думать, сочинять что-то плохое,
Подозревать, скандалить, дружбу рвать.
Дух братства вам разрушить и прервать
Не выйдет. Им не забыть пережитое.

Так принимайте их, какими они есть
И всех друзей вы принимайте тоже.
И пусть вас это больше не тревожит,
Была война, они там сохранили честь.

Утро глазки открывает
За окном сплошные елки.
Там, в лесочке завывая
Снова плачут злые волки.

Им бы бедным пообедать,
Поиграть и поваляться.
Но вожак им в чащу сбегать
Повелел и не болтаться.

Мишка бурый до берлоги
Вечерком сходить собрался.
Рыжий лис тут на дороге
В лужу влез и кувыркался.
… показать весь текст …

Когда-нибудь на планете наступит ЭРА МИЛОСЕРДИЯ И СПРАВЕДЛИВОСТИ! Когда мы навоюемся и ужаснемся себе.
Когда мы устанем от революций, от межнациональных и межконфессиональных войн.
Когда богатый, проснувшись утром, вдруг поймет что ему это ничего не нужно и ужаснется что в его жизни нет смысла.
Когда тот, кто любит власть, навластвуется и однажды поймет, что совсем одинок, что власть ничего не дала ему, кроме пустоты и одиночества.
Когда бедный однажды взглянув на богатого, поймет что гораздо богаче его духом и пожалеет его душу.
Когда человечество однажды проснувшись, обнаружит себя в лужах крови среди трупов, среди растерзанной природы, среди исчезнувшего всего живого вокруг и ужаснется самого себя.
Когда мы наедимся до изжоги барахла, железок, денег, побрякушек, когда перестанет нас трясти злоба и зависть, тогда и придет время для ЭРЫ МИЛОСЕРДИЯ.

В себя уходишь раз за разом
В молчанье ищешь ты покой.
Ты успокоить хочешь разум,
Немножечко побыть собой.

Ты прости меня Наташка,
Я всегда тебя любил.
Знаю, плакала в рубашку,
В день, когда я уходил.

Я ушёл, тебя оставив
Плакать, жить и горевать.
Жду, надеюсь всё исправив,
Встретимся с тобой опять.

Через Лету перебравшись,
Ты придешь ко мне сама.
Обниму, к тебе прижавшись,
Гимн споет для нас Весна!

Возможно, рядом ты идешь,
Обняв меня рукой за плечи.
Быть может, ты меня зовёшь
В сентябрьский теплый вечер.

И мы с тобой вдвоём бредём
Листву ногами тихо загребая.
И нам вновь хорошо вдвоём,
И я пока по-прежнему живая.

И пусть тебя не видно всем,
Но мы — то с тобой знаем.
Жизнь не состоит из схем,
И там и здесь душа живая.
… показать весь текст …

Как много вас, по времени далеких лиц,
Вновь с пожелтевших фото смотрят на меня.
С альбомов старых и поломанных страниц,
И многих даже имена вообще не знаю я.

Век девятнадцатый, двадцатого начало,
Еще все живы и никто не знает даже,
Что всё кончается, жизнь под откос попала,
Что делать, это им и Бог пока не скажет.

Где вы теперь, давно ушедшие родные?
В каких вы небесах бретаете, быть может.
Меня простите, я не всех вас знаю, дорогие,
Но мои дети, внуки так на вас похожи.