Альфонс Доде

Они перестают существовать, когда им больше не аплодируют.

Наша эпоха опасно играет печатными силами, которые похуже взрывчатых веществ.

Человечество так старо!
Всегда приходится идти по чьим-то стопам.

Всякая правда, стоит ее высказать, теряет свою несомненность, приближается ко лжи.

Самые сухие сердца всегда легче воспламеняются.

Тщеславие носят при себе как мешок с деньгами;гордость, наоборот, носят в себе.

-Дети!Сегодня я в последний раз занимаюсь с вами. Из Берлина пришел приказ преподавать в школах Эльзаса и Лотарингии один только немецкий язык… Новый учитель приезжает завтра. Сегодня ваш последний урок французского. Прошу вас быть как можно внимательнее.
Эти его слова потрясли меня… Ах, негодяи! Вот о чем они объявили на стене мэрии!
Последний урок французского!..
А я-то едва умел писать! Значит, теперь уж я не выучусь никогда! Значит, так и придется жить дальше! Как я пожалел о потерянном времени, об уроках, пропущенных ради того, чтобы искать птичьи гнезда или скользить по замерзшему Саару! И книги, которые только что были мне скучны и оттягивали руки-грамматика, священная история,-казались теперь старыми друзьями, с которыми очень грустно будет расставаться.

Чтобы стряхнуть с себя мрачные мысли, я вхожу в кафе, пытаюсь читать, но буквы сталкиваются, прыгают, растягиваются, кружатся. Я не понимаю, что означают обыкновенные слова;они представляются мне нелепыми, бессмысленными. Помню, как несколько лет тому назад я пытался читать на море в штормовую погоду: забравшись под залитую водой рубку, я обнаружил английскую грамматику, и тут под грохот волн и ломающихся мачт, чтобы не думать об опасности, чтобы не видеть, как махины зеленой воды обрушиваются на палубу, распластываясь по ней, я изо всех сил старался углубиться в изучение английского th. Я и читал вслух и по многу раз выкрикивал слова-все равно они не лезли мне в голову, наполненную ревом моря и пронзительным свистом ветра на верхушках рей.