Александр Габриэль

Юность —
полная психбольница,
чушь,
отравленная река…
Вот, помню, я захотел
жениться
на девушке.
Скажем, Елене К.
Я был —
ни рожи, считай,
ни кожи.
А Лена — прелесть
и неглупа…
И я, похоже,
… показать весь текст …

Ты написал прекрасный стих —
прозрачный, как кристалл.
И ветерок за дверью стих,
и дождик перестал.
Царил над миром добрый свет,
и был парад светил,
когда ты вышел в Интернет
и стих свой разместил.
По водам радости скользя,
ты ждал. И неспроста! -
на сайт пришли твои друзья,
сказали: «Красота!
С какой написано душой!
Нам очень, очень нра!
… показать весь текст …

Взлететь бы… Но лететь — куда?
Хоть ближе звёзды,
но всюду лишь скопленья льда
и мёртвый воздух.
Мне говорят: «Лети, лети!»
то льстец, то льстица…
Мне говорят, что я почти,
почти как птица.
Но что мне в том? Пусты слова
до неприличья.
У птеродактилей права
всё те же, птичьи.
Душа не склонна к мятежу.
Что делать, если
… показать весь текст …

Так как жизненный опыт всему голова,
и для душ он — подобие бронежилета,
чем ты старше — тем зримей выходят
слова,
тем понятней и ближе источники света.

Так как жизненный опыт всему балансир
и всему измеритель послушный и чуткий,
ты легко обойдёшь мышеловочный сыр,
даже если от голода сводит в желудке.

Только мысли, в мозгу непрерывно
свербя,
рвут тебя на куски.
… показать весь текст …

Эх, печали!.. Вам бы множиться да множиться…
Но живут порой, цепляясь за края,
те, кто доблестно умеют корчить рожицы
беспощадному оскалу бытия.
Эти люди — как бессменные посредники
между небом и землёй, как лёгкий свет,
хоть ты в Пушкинском ищи их заповеднике,
хоть в редакциях сомнительных газет.
Их слова, их вековое оправдание,
от навязчивых депрессий антидот,
превращают неприметное страдание
в искромётный, прихотливый анекдот.
А ведь в жизни им совсем не карнавалится!
Не давая ускользнуть от пустоты,
… показать весь текст …

Померла она тихо. Ей шёл девяносто шестой —
но без жалоб жила. Всё по силам ей было, по нервам…
И себя она помнила рослою, стройною, той,
провожавшей своих на большую войну в сорок первом.

Дом её покосился. Пойдет, надо думать, на слом.
На десятке картофельных «соток» — кротовьи воронки…
Муж убит под Смоленском, а старший сынок — под Орлом.
Младший без вести канул. Без времени. Без похоронки.

Так и жизнь провела, ожидая его у дверей.
Годы, эры спустя всё глядела на встречные лица…
Не сердиться ж на Бога, что он ей не дал дочерей.
Да она, если честно, совсем не умела сердиться.
… показать весь текст …

Не надо ни плача, ни крика. Остался невзятым редут.
И наши часы — посмотри-ка! — давно никуда не идут.
Настала финита и баста, запрет на вращенье планет.
Сюда б романиста-фантаста: мы — есть, только времени нет.

И в воздухе — прежняя нота, дыханье всё той же зимы…
Нам будто бы выдана квота, которую выбрали мы
взахлёб, до сухого остатка, до вязких несказанных фраз.
И времени мертвая хватка теперь не смертельна для нас.

Ни взлёта для нас, ни паденья. Нас держит холодное дно.
Ниспослан нам дар наблюденья, и большего нам не дано.
Здесь звуки случайны и глухи, как шорох листвы сентября…
Мы мухи. Безвредные мухи
… показать весь текст …

Дрейф

Назовём это жизнью. Хотя бы с приставкою «полу-".
Назовём миноносцем лениво плывущий «Кон-Тики».
А девица с обложки лелеет в руке «Кока-Колу»
с выраженьем оргазма на томном младенческом лике.

Никогда не поймёшь, что тебе набормотано свыше.
Дон Кихот испарился. Ты сам по себе, Санчо Панса.
Назовём это счастьем, покуда живые и дышим,
заполняя собою безмерно чужое пространство.

На летучем голландском, тобой зафрахтованном судне
все подобны тебе. Каждый кажется братом и сватом…
… показать весь текст …

Транзит

Мы когда-то смеялись, и мелочи нас не бесили.
Только время ушло, желтизною окрасив листву…
Мы сумели освоить науку безумных усилий
да простое искусство — не ныть и тянуть бечеву.

Мы надежны, как банк. Мы храним при себе потайное.
Окружающий воздух горючим молчаньем пропах…
Я люблю тебя, жизнь, несмотря на оскал паранойи
на холодных твоих, не знакомых с улыбкой губах.

Наш бикфордов шнурок всё короче, безудержно тлея;
и жестокая память чем дальше, тем жалит больней…
… показать весь текст …

Ночь черна, Фортуна зла, на исходе силы…
Неважнецкие дела, голубь шизокрылый…
Истощилась даже злость, истончились чувства…
В домино одна лишь кость — дублик «пусто-пусто».

Жисть ушла, увы и ах, превратилась в муку…
И во всех земных прудах — лебедь раком щуку.
Грусть-тоска стучит в висок, ветерок в кармане…
Мне известен адресок кузькиной мамани.

Бог творил мою судьбу, полон мыслей нежных,
но видал меня в гробу в тапках белоснежных.
Я, обиды не тая, понимаю Бога:
у него таких, как я, безобразно много.
… показать весь текст …