Григорий Гаш

Разматывая жизни полотно, оставит кто-то след, а кто — пятно.

Беспринципный меняет принципы, как деньги в кассе. Вам не подходит? Есть ещё в запасе.

У карьериста с лианой общий штрих: стремится вверх, используя других.

Жизнь — время постоянных ожиданий: надежд напрасных и воспоминаний.

Аппетит — как гость. Приходит, поест и уходит.

Если гостей кормить только хлебом-солью, они не засиживаются.

Кашу маслом не испортишь, только фигуру.

Пищей для разговоров сыт не будешь.

Завистливый живёт, добро у ближнего любя и примеряя втайне на себя.
К числу людей относится он тех, кому невыносим чужой успех.

Связь меж людьми посредством слов надёжней связи кандалов.

Что русскому хорошо, то немцу смерть… как хочется.

Весь мир — театр. Трудно бедолаге: не всем хватает места при аншлаге.

Весь мир — театр, где у входа билет не просят у народа.

Весь мир — театр, люди в нём актёры, но режиссёр состав меняет вскоре.

Весь мир — театр, это факт. А время мирное — аншлаг.

Весь мир — театр. Люди в нём артисты. Героев мало, в основном — статисты.

Гадать не нужно на орла и решку. Сильнее гнева признают усмешку.

Черта бедности кончается крестиками, а черта богатства — ноликами.

Черту бедности проводит стоимость жизни параллельно себе

Нищие духом живут по обе стороны черты бедности.

Пока пузырь любви летает мыльный, смотреть недолго на него умильно.

Напрасно ищут до изнеможения. Правда — лишь в таблице умножения.

Двуличный человек к симметрии стремится без конца, поэтому имеет два лица.

И в луже спят, и лезут на вершины. У каждого свои высоты и глубины.

Не раз вступал с врагами в трудный бой. Горжусь победой только над собой.

Победное движенье по эпохе сопровождает побеждённых вздохи.

Чаще, чем в Бермудском треугольнике, пропадают на работе трудоголики.

Пред сказанным навечно словом и время спасовать готово.

Напоминает «Балеро» Равеля как тянется рабочая неделя.