Юрий Шумей

Мой не сразу язык воплощает фразами,
Этот незамысловато искренний стих.
Кому то ты стала беладонной разума.
А для меня дамианою глаз моих.

Не вздохнуть от грусти не выдохнуть.
И в безмолвии я вопрошаю себя -
«Любят ли эти глаза кого-нибудь,
Как смиренно люблю их я?»

Я снова один, и не знаю зачем.
Но сомненья мои только мнимые.
По мне, так лучше одному и ни с кем,
Чем вместе. но с нелюбимою.

Это только нам кажется что изменчива,
Женщина любящая без остатка.
Только слепые не видят что женщина —
Она и есть та — в жизни единственная загадка.

Деликатные — бормочат себе под нос.
А хамы — выкладывают на поднос.

Непытливые (ггупа. тафагиссеф) — НевЫепытли.
ЧЛЕН (тафагиссь, аттельна фсятОй) — НевыЕпытель.

Трусость — это не несвойственная человеку гадость.
Трусость — это всего лишь слабость.

Мнитевспо!
Кка сточа угдр ругуд ыв равли.
Акк кихгорь рёковуп залисьвон жино.
И рькиего идоб лиськаляна ралиспи.
Дан днойбез пастьюпро ов жли.

К Гале нельзя — сват она,
К Лене тоже — уже сватана.
АНатаШа кричит — Ша!,
Другими — аШатаНА!

Оно не за дверью и скрипнет не вдруг,
Кому то впервые, кому то вновь.
Сами вспомните как часто, вслух,
Произносили вы слово Любовь.

Алчные хотят что бы денег без дна,
Но не понимают, что это бездна.