Татьяна Орлова Славянская -2

Где-то кофе в постель, а в Неаполе только вино,
виноградная гроздь, пармезан, на десерт поцелуи.
Я не знаю что больше пьянит: ты, иль цимус «пино».
Впрочем разницы нет никакой, значит всем аллилуя.

Привыкай, мы с тобой из далёких ледовых широт,
где бураны заносят жилища под самые крыши.
Там целуешь чернично-чернильный податливый рот,
здесь ночами к губам припадаешь оранжево-рыжим.

Там каминный огонь согревает сплетение тел,
ну, а здесь до бикини и солнце, и бриз раздевают.
На край света сбежали зимой — ангел нас проглядел!
Ничего, поскучает, в окошко вперившись, зевая.
… показать весь текст …

В каких бы ты шелках не щеголял,
а мысли не оденешь — все нагие.
Не отсечёшь — бессильна хирургия.
Не сбросить пошлой истиной в бокал.

Не отпустить — пожизненно срослась
душой и сердцем и, возможно, телом.
Они такие, как ты и хотела:
и боль, и стыд, и часто искрой страсть.

Порой остры или прямым углом,
но иногда смягчающим овалом.
Черны… белы… пылают часто алым.
Как пух порой, а иногда — стеклом.
… показать весь текст …

*
Не надо бить посуду …/дорогая!/
Сервиз из Мейнса — гордость антикваров.
Напрасно ты разыгрываешь свару.
А, впрочем, — бей… В запасе есть другая.

Как разошёлся! — не глаза, а пламя!
Давай-ка, выйдем в ночь и погуляем,
пока не выспались в депо трамваи,
пока все страсти — рваными рублями.

Смотри, снегами город так подсвечен,
что фонари горят почти вслепую.
Роняя тихо тень на мостовую,
… показать весь текст …

Отрывной календарик души всё прозрачней.
Проштампован всё, что слетело в утиль.
День на день не приходится: если удачный,
то расплатой штормит закоптевший фитиль.

Что осталось — не знаю. Ферма теорема!
День порой, как монета, встаёт на ребро.
Если честно мне скушно на нивах Эдема.
Мне б в рулетку на чёрное, ставка — зеро!

Повезет — можно выпорхнуть бабочкой в лето!
Взляд назад в пустоту обречен слепотой.
Кокон гусениц часто печальное гетто,
а бывает и вовсе скорлупкой пустой.
… показать весь текст …

Последний штрих на снежной простыне.
Прощай, февраль, с отчаянной погодой.
Ключом вскипают в сонных реках воды —
пытаются проснуться в глубине.

Разорван лёд движением вперёд —
как стекленеют на морозе звуки,
сметая дни нуднейшей зимней скуки,
ведя февраль на жаркий эшафот.

Воркует март… Вот стая голубей
взлетела вихрем… Заскучала крыша —
ей не взлететь. А сизари все выше
туда, где с неба солнечный елей.
… показать весь текст …

Словами изъязвлён язык,
а нам всё мало.
Молчание — вот взрывом крик,
когда усталость
сжимает прорезью в прицел
ответно веки…
Молчишь и вроде бы ты цел.
Разбег рудбекий*
в твоих запущенных садах —
игра вслепую.
Не в райских искусы плодах,
когда банкуешь.
Язык под соусом хорош
на медном блюде:
… показать весь текст …

*
И день и ночь. И ночь и день
торопишься — успеть бы к сроку.
Вдруг новость на хвосте сороки:
пора кормить в земле червей…

Всё, подводи черту-итог:
что накопил — кому оставишь?
Согласье чёрно-белых клавиш,
как меж лопаток кипяток —

играют реквием… Кому?!
Ты вроде жив и даже дышишь…
Ладони, пара двух ледышек,
… показать весь текст …

В футляре старом спит виолончель.
Там сумрак бархата, отдохновенье.
Не безымянна … Имя — Габриэль.
В ней вызревают зёрна вожделенья.

Сон из сплетенья самых сладких нот.
Кто снится: Моцарт, Брамс, маэстро Гендель?
Футляр непроницаем — камелот.
На крышке знаком царственности вензель.

Я тоже сплю и в мой тревожный сон
Дождём нежданным музыка стекает.
О, нет, не Шуберт и не Мендельсон…
То — реквием печалями питает.
… показать весь текст …

Ничто не вечно, но распятьем вечность.
Привычная уму игра в слова…
И нет богов, чтобы предостеречь нас
от дерзкого не в меру озорства.

Порой по нотам сыграно причастье.
Крещён вином? — считай что стал поэт…
Мы жадно пьём удачи и несчастья,
едва связавши пару рифм в сонет.

Наш дерзок нрав, глумливей и грубее.
Не всякий видит как насмешлив Бах:
развесил ноты листьями в аллее,
звучат, как гимн, в возвышенных тонах.
… показать весь текст …

*
Хорошо бы уйти на цветущей заре,
когда вишни цветеньем кипят…
Выдан небом билет. Мой полет в январе.
Стрелки время нещадно дробят.

Лёгкой тенью — звериной лесною тропой
путь укажет счастливая даль.
Не держите… Душой возвращаюсь домой,
будет светлой и тихой печаль.

Будут вишни дымить по зелёным садам.
Жаль, что цвет нежно-снежный не мне.
Я уйду по незримым небесным следам —
… показать весь текст …