«Вы не поняли, мисс, я совсем не прошусь к вам в постель.
Мне вот только казалось, нам есть, что поведать друг другу.»
(А. Макаревич)
Счастье бродит по свету — усталый седой пилигрим.
Кто-простив, кто-поняв, по лесам его ищет, по долам.
Ну, а это, всего лишь, когда любит тот, кто любим,
Остальное все — эхо от отзвуков главного соло.
От последней черты, до рождения путь недалек.
Чью судьбу нам хранилище выдаст, змеи или птицы?
Вы не поняли, лорд, мне не нужен был ваш кошелек,
Просто мне показал…
Способна все перевертеть,
Штиль превращая в вихрь.
Любовь, как маленькая смерть,
Но только для двоих.
Связует души и тела,
Свой обнажая лик,
По взмаху чудного крыла
Все разрывает вмиг
Величественна и проста,
Служанка, госпожа,
То холодны ее уста,
А то бросают в жар,
То милует, а то казнит —
Законам не перечь,
Ты хотел, и я хотела.
Ты не смел — и я терпела.
Ты был робок, ночь струилась.
Ты ушел и я смирилась.
Мы хотели, без сомненья.
Мне бы плюнуть на стесненья,
Поберечь бы наши нервы
И тебя коснуться первой.
Только «трогаюсь» рассудком,
И представить это жутко:
Если б ты мой взгляд не встретил,
На касанье не ответил.
Покраснел бы, засмущался.
И, вообще, ретировался.