Маргарита Мендель

На террасе бергамской долины
Я стоял и смотрел на собор,
Где архангелы и Магдалина
К небесам направляли свой взор,

Где туманы Ломбардии мило
Расплывались, встречая восход,
А над замком Ла Рокка* светило
Просыпалось, не зная забот.

Читта Альта* сияла кармином,
С колоколен церквей небосвод
В кружевных облаках паутиной
Обволакивал Альп горизонт.
… показать весь текст …

***

В саду темно. Вечор ненастный. Театр
До безобразия голый, что скелет,
Лишь хлопающий занавес, фиакр
Из лошадей, уставший рядом смерд.

Довольно! Пьеса кончена! Спектакль
Аркадиной — старейшей из Джульетт —
Идет к концу, и Треплева миракль
Без лиц живых — не более чем бред.

«Жрецы искусств, великие таланты
Изображают, пьют, едят — то враль!
… показать весь текст …

Затихший город. Центра авансцена
пустующая. Ленин-комендант,
протяжный гул от метрополитена
и солнца луч — рассветный дебютант.

В глуши, в тиши. Пыль. Лента ограждения.
Сирены вой. И новый день, как фант:
что выпадет — грусть, жалость или чтение:
Тарковский, Достоевский или Кант?

Потехе — время, делу — час. Стремление
к движению устарело. Ныне пакт
апрельского домашнего сидения
похож на ультравынужденный акт
… показать весь текст …

Львица Италии, славная Брешиа!
Капитолийский янтарь
Римского форума солнца взошедшего,
Словно на службу звонарь.

Летопись в камне на вечность застывшая,
Улочек пестрая вязь;
Венецианская башня, впустившая
Часовщиков, накренясь,

Мрачно взирает на город, как пришлая —
Ей нипочем календарь,
Тысячелетья еще не забывшая —
Память всему государь.
… показать весь текст …

Могу тебя лишь робко ожидать,
Как солнца нераскрывшийся бутон,
Так долго о тебе одном мечтать,
Что имя твое вторить в унисон

Молитвою, когда часы замрут,
И стрелка канет в грезы вечных снов —
Отдамся я на твой правдивый суд,
Что приговором вынесет любовь.

Но сбудутся твои ли обещания,
Узнаю ли мне милые черты,
Отложенное будто бы свидание
Не превратится ль в призрак пустоты?
… показать весь текст …

Обезумевшими часами одиночества полон мир,
Маргаритиными слезами, Ты ведь Мастер, а не мессир?

Отчего я в Тебя влюбляюсь каждый раз, каждый новый день:
то холодным ноябрьским утром, то — когда расцветает сирень…

Радость, горе сливаются вместе в домино черно-белых картин,
и единственный цвет (нет чудесней) — это цвет Твоих глаз, Господин

ненаписанного романа, Муз, души моей Властелин,
Ты — Герой до конца, финала, Знаток счастья, что приручил

одинокую пуританку к повсеместной своей любви;
мне Твоею не быть весталкой, но Ты только благослови
… показать весь текст …

Пасмурно за углом, сквозит из-за всех щелей.
И дело не в сотнях распахнутых настежь дверей —
Мартовских чернее углей цепи аллей
Средь тумана ультрафиолета гребня костей.

Мандраж закатившейся в черный угол раздавленной скорлупы
В крайний вагон поезда под стопами глуповатой в пыли толпы,
Под грязно-свинцовым шлагбаумом трещат болты —
Жизнь набирает скорость до хромой слепоты.

Цвета земляной ржавчины свет погас, —
С этого и надо было начинать свой рассказ,
Когда темнота еще чарует замыленный г…
… показать весь текст …

В зиме все безупречно — «от» и «до»,
прекрасны ее снежные руины,
в отличие от осени — лицом
в грязь не ударит. Чистоту личины,

должно быть, сохранить ей нелегко.
Как женщина, зима прячет морщины,
тон пудры выбирая «молоко»,
ей ни к чему девчачьи смотрины.

Зима не любит лживых подлецов,
куда ей интереснее мужчины,
что родом из каких-нибудь жрецов —
смиренных и страшащихся пучины.
… показать весь текст …

Приношу извинения за свою неуместную дружбу,
за слова, что, увы, не сыграли Вам верной службы.
Слава Богу, что Вы никогда не питали сомнений,
как миллионы людей, что до Вас уподобились тени.

Слава Богу, Вы — есть. Слава Богу, волнуешь душу.
Не увижу — ну, что ж… не услышу — выйду на сушу,
лицезрея, как Ты тишину превращаешь в музу,
а молчание — в музыку: воздух подобен звуку.

Я прощения прошу, от касания до поцелуя,
от загробного amen до праздного «аллилуйя»,
но не жду от Тебя ни гласа, ни воз…
… показать весь текст …

В кофейне маленькой — далеко
от мира, хаоса и столицы;
с бокалом красного «Валико»
и кофе, сдобренным чуть корицей —

на редкость счастливы мы вдвоем,
вокруг, по-прежнему, вереница
дел неотложных, но мы поем
о личном с сахарной медуницей.

В кофейне маленькой — под дождем —
весною, собранной по крупицам,
глотая воздух и день за днем
вдыхая радость, как солнце птицы.
… показать весь текст …

…не требую с тобой встречи,
тем более — скорой — нет,
желания лишь калечат,
а я, может быть, аскет,
которого время лечит,
что день новый — лазарет;
хватает одной части речи,
чтобы составить букет
из мишени да мелкой картечи,
стреляющей мимо и вслед
безразличием от увечий,
слагающих автопортрет.

Эмиграция — не провокация
… показать весь текст …

Июньская пора эпохи безразличия:
неначатый роман (должно быть из приличия)
или самообман на формуле величия.

Шмелей рой и мигрень. Туман с утра над башнею.
Сирени пышной тень. За тенью нечто страшное:
как будто новый день припомнит все вчерашнее.

Сиреневая мгла на бирюзовом бархате
небес. Полутона гармоний Баха — ахнете.
Пульсируя в висках, на тон-два ниже — бахнете

и вдохновению крах, лишь ритм ног окровавленных.
Бель бабочек в кустах — аэроплан оставленных
… показать весь текст …

Осенний древесный лес ароматом «Шираза»
Тебе отзовется — в бокале сухое вино
и долька лимона. Должно быть, последняя фаза
Луны, когда руны раскинуты и заодно

все книги. Ты выберешь строчку «седьмую снизу»,
я — «пятую сверху», и что же нам предрешено?
— «Сокроем от публики тайну», назло капризу.
В наличии час и он будет со знаком «равно»

столетию счастья. Настолько светло и близко,
что глаз не свожу с Тебя — радостно и смешно,
и солнце играет зайчиком бледнолицым,
с Тобою мне, знаешь, божестве…
… показать весь текст …

«Но главное, родился я мертвым. Не хотел жить. Этакий, вообразите, бледный комочек, не желающий жить. Как будто насмотрелся картин Шагала. Его кололи булавками, окунали в ведро с водой. И наконец он слабо мяукнул. В общем, я мертворожденный…»
Марк Шагал, «Моя жизнь».

***

Где табор
уличных артистов,
где в шляпах
старые раввины,
чиликают
ночные птицы,
и в темноте
бурлит стремнина.
… показать весь текст …

Лазоревая даль — бриз октября,
Сапфир и олово в алхимии холста
Осеннего. В прожилках янтаря
Мучнистая крепленая роса.

Кружится алый лист календаря
В аспидно-черных вытканных чернилах,
И в завитках цветочных — пестрота,
Пурпур охристо-желтого светила.

Туманов седовласая копна,
Плывущая в закованных белилах,
Свинцовый дым. Сиреневая мгла,
Разлившаяся ладаном кадила,
… показать весь текст …

Белым-бело.
Заметено надгробие фонарей.
Мороз, должно быть, внемлет оголтелой
Метели по гравюрам площадей,
Обвив веревкой-цепью город целый,
Целуй Центавры Цельсия всецело
И боли радуйся, что живо твое тело.

Белым-бело.
Бумажный бог-покойник,
Мной скомканный, падет на полотно.
В чернил иссохшей крови подоконник
Прядет из паутин веретено.
… показать весь текст …

Новосибирскому академическому симфоническому оркестру
посвящается

Медное
солнце валторн
пополам
Над пожаром
кошачьих глаз,
Грифом
стоглавым
струнный штурвал —
Волнами Брамс
и джаз.
… показать весь текст …

Путем вторичных умозаключений,
гипотез, аксиом и теорем,
бессмертия платоновских учений,
полемики и бытовых дилемм
прийти к тому, что «мудрость» — ухищрение,
которое не ценит перемен.

Все предпосылки тянут к заключению.
Софизм — лишь упражнение для ума,
страшащегося пункта «заблуждение»
и деструктивной функции стиха
(хотя опасней для сопоставления
с материей — «холодная зима»).
… показать весь текст …

Какой июль! Дождь, слякоть — красота!
Обещанной жары не угадали
Синоптики, в Сибири, мерзлота,
Наверно вечная. Мхом клумбы насажали,

Не зря. Пройдут еще года,
И снег здесь вовсе перестанет таять,
Кусты рябины голые и льда,
Покроют Новосиб, лелея память,

О прошлом, где-то, мартовском тепле,
Когда кораблики в весенних лужах плыли,
Как в небе солнечном и праздном далеке,
Щебечут птицы, улетевшие отныне.
… показать весь текст …

Десять режиссеров отправились обедать,
Один встретил Мазо в столовой, их осталось девять.

Девять режиссеров, поев, клевали носом,
На пластике один загнулся, их осталось восемь.

Восемь режиссеров в студклуб ушли потом,
Один не возвратился, остались всемером.

Семь режиссеров во двор рванули вместе,
Закурил один из всех — и осталось шесть их.

Шесть режиссеров ушли на практике пахать,
Одного в ДК закрыли, их осталось пять.
… показать весь текст …