Протоиерей Павел Великанов

Любовь — не чувство, а состояние души. В ком живёт любовь, тот всё по любви делать будет…

— Я знаю, месье, как воздать за вашу неверность! Как только вы снимете этот платок со своей шеи, ваша голова расстанется с короной — навсегда!

С этими словами Франсуаза де ла Бом де Блан крепко завязала платок на шее французского короля Людовика XIV. Покидая Версаль, бывшая фаворитка навсегда обрекла монарха носить шелковый платок.
О как ненавидел суеверный Людовик этот проклятый платок, спускавшийся до пояса, который постоянно пачкался во время застолья, цеплялся за парик и всячески мешал!
Но оставалось только одно: ежедневно отправлять платок в стирку — и утром одевать снова.
Разве можно было позволить себе из-за какого-то платка лишиться монархии?
Узнав эту историю и удивляясь долголетию монарха, титулованные особы стали приходить на званые обеды с такими же платками!
Именно так началась история галстука — с маниакального суеверия французского монарха!

Когда творчество замыкается на себе самом, превращается в «искусство ради искусства», оно становится молитвой в никуда. Оторвав человека от бренной земли, оно всё кружит и кружит его в небе — но, не имея цели, снова опускает обратно.
В ту же грязь.
Тот же серый день.
Ту же пустоту, еще более разбередив и так больную душу.
И как по-другому несется ввысь молитвенная песнь под расписными сводами белокаменного храма…

Призвание

О той дороге,
что пройти достойно,
Всем предначертано,
Услышал слишком поздно я…

В этом классическом хайку — японском трёхстишии — нельзя не услышать глубокой скорби о жизни, приведшей в никуда.

Предначертание, призвание — не слишком популярная сегодня тема для размышлений. Современник давно уже привык к «ситуативному мышлению». Сегодня в большой цене умение в мгновение ока решить любую появившуюся проблему. А вот суметь увидеть всю жизнь разом, как на ладони — и начало её, и неизбе…
… показать весь текст …

«По вере вашей да будет вам», — сказал Христос.
И хотим мы этого, или не хотим, именно на нашей вере и возводится здание всей нашей жизни.
Но разве не страшно строить не на монолите веры в Бога, не на фундаменте Вечности, а на разнообразных приметах, талисманах и гороскопах?
Не потому ли и трещат наши судьбы по швам, что вместо крепкой основы, в жизни — одна мишура суеверий?

Ведь суеверие рождается в глубинах человеческой души, когда она опустошена.

Главный соблазн суеверия — в его необремен…
… показать весь текст …

Когда я только-только воцерковлялся, моя вера была подвергнута непростому испытанию. На приходе появился некий человек, одетый в одежды схимника, с большой седой бородой и глубоким, проникающим до костей, голосом. Рядом с ним постоянно крутилась женщина, которая — как бы я сказал сегодня — активно «продвигала» новоявленного «старца» и предлагала его «услуги» незадачливым прихожанам. Ни на один конкретный вопрос — а кто это? А священник ли он? Откуда он? — и подобные — не было дано никакого ясног…
… показать весь текст …

Церковь есть прекращение одиночества. Это определение С. И. Фуделя — сказанное случайно, между прочим, — одно из ярких и наиболее удачных по сути. Даже при всей присной угрюмости и нелюдимости определённой части прихожан, которые ходят в храме по чётко выверенной траектории, сводя к минимуму любые контакты — даже они разительно отличаются от мизантропов «в миру». Всё равно — Чаша общая, молитвы одни и те же, да и Христос не меняется соответственно статусу или чину приходящих к Нему. Храм — словно душа нараспашку, «наизнанку»: заходи любой, молись, прикладывайся к иконам, стой на службе, участвуй в таинствах. И никто не проверит на входе, что у тебя в руке — свечка или же пистолет с глушителем…

«- Верить? Зачем? Чтобы в рай попасть? Это что, где-то там, на облачках, где сады всякие, цветы, еды полно, и работать не надо? Знаете, есть такой анекдот: умер человек, попал в рай: а там святые с постными лицами ходят, птички, цветочки, одним словом — тоска зеленая. Смотрит — вдалеке высокий забор. Подходит ближе — музыка слышна. Забрался на забор — а там — дискотека, красивые девушки вино разносят, — он и прыг с забора: и прямо в огонь, на горячую сковородку, кричит: „Где же кафе, куда делось?“ А черти его кочергой тычут и смеются: „Это не кафе, это у нас агитпункт такой!“».

Бывают в жизни минуты, когда воздух вокруг становится настолько густым и плотным, что кажется его можно пощупать пальцами: а время действительно замедляет, буквально тормозит свой ход. Обычно так бывает перед событиями, ход которых ты изменить не в состоянии, но из-за которых русло жизни становится совершенно иным.

И только единственный раз в году такое «загустение» жизни происходит по расписанию: в пасхальную ночь, когда стоишь перед закрытыми вратами храма, — и вся тварь трепетно поднимает св…
… показать весь текст …