Церковь есть прекращение одиночества. Это определение С. И. Фуделя — сказанное случайно, между прочим, — одно из ярких и наиболее удачных по сути. Даже при всей присной угрюмости и нелюдимости определённой части прихожан, которые ходят в храме по чётко выверенной траектории, сводя к минимуму любые контакты — даже они разительно отличаются от мизантропов «в миру». Всё равно — Чаша общая, молитвы одни и те же, да и Христос не меняется соответственно статусу или чину приходящих к Нему. Храм — словно душа нараспашку, «наизнанку»: заходи любой, молись, прикладывайся к иконам, стой на службе, участвуй в таинствах. И никто не проверит на входе, что у тебя в руке — свечка или же пистолет с глушителем…

— Я знаю, месье, как воздать за вашу неверность! Как только вы снимете этот платок со своей шеи, ваша голова расстанется с короной — навсегда!

С этими словами Франсуаза де ла Бом де Блан крепко завязала платок на шее французского короля Людовика XIV. Покидая Версаль, бывшая фаворитка навсегда обрекла монарха носить шелковый платок.
О как ненавидел суеверный Людовик этот проклятый платок, спускавшийся до пояса, который постоянно пачкался во время застолья, цеплялся за парик и всячески мешал!
Но оставалось только одно: ежедневно отправлять платок в стирку — и утром одевать снова.
Разве можно было позволить себе из-за какого-то платка лишиться монархии?
Узнав эту историю и удивляясь долголетию монарха, титулованные особы стали приходить на званые обеды с такими же платками!
Именно так началась история галстука — с маниакального суеверия французского монарха!

Когда творчество замыкается на себе самом, превращается в «искусство ради искусства», оно становится молитвой в никуда. Оторвав человека от бренной земли, оно всё кружит и кружит его в небе — но, не имея цели, снова опускает обратно.
В ту же грязь.
Тот же серый день.
Ту же пустоту, еще более разбередив и так больную душу.
И как по-другому несется ввысь молитвенная песнь под расписными сводами белокаменного храма…

«По вере вашей да будет вам», — сказал Христос.
И хотим мы этого, или не хотим, именно на нашей вере и возводится здание всей нашей жизни.
Но разве не страшно строить не на монолите веры в Бога, не на фундаменте Вечности, а на разнообразных приметах, талисманах и гороскопах?
Не потому ли и трещат наши судьбы по швам, что вместо крепкой основы, в жизни — одна мишура суеверий?

Ведь суеверие рождается в глубинах человеческой души, когда она опустошена.

Главный соблазн суеверия — в его необремен…
… показать весь текст …

Бывают в жизни минуты, когда воздух вокруг становится настолько густым и плотным, что кажется его можно пощупать пальцами: а время действительно замедляет, буквально тормозит свой ход. Обычно так бывает перед событиями, ход которых ты изменить не в состоянии, но из-за которых русло жизни становится совершенно иным.

И только единственный раз в году такое «загустение» жизни происходит по расписанию: в пасхальную ночь, когда стоишь перед закрытыми вратами храма, — и вся тварь трепетно поднимает св…
… показать весь текст …

…Как-то в храм вошли два мальчика: одному лет шесть, другому меньше. Младший, очевидно, здесь еще не бывал, и старший водит его, как экскурсовод. Вот и Распятие. «А это чего?» — замирает младший с широко открытыми глазами. Старший отвечает уверенно: «А это — за правду!»…