Юрий Герман

Годы не мудрецов делают, а лишь старцев — поэтому не хвастайтесь

У каждого хирурга на протяжении его жизни бывают случаи, когда зрение, ум, руки достигают величайшей гармонии, когда деятельность мысли превращается в ряд блестящих озарений, когда мелочи окружающего совершенно исчезают и остается лишь одно — поединок знания и одаренности с тупым идиотизмом стоящей здесь же рядом смерти.

Молодость настойчива даже в заблужденьях.

И это я всегда вспоминаю при слове «Родина». Оно для меня — это слово — не географическое понятие и даже не моральное, а вот такое — я влюблен, поют знаменитые курские соловьи, мне девятнадцать лет, и я ее проводил первый раз в жизни.

… Венцлов вдруг со скукой вспомнил, что в какой-то антинацистской эмигрантской газете читал, будто нацистская забота о чистоте породы есть религия скотов, научившихся понимать рассуждения скотоводов.

Будут и мне дни рожденья не в радость, годы летят и морщин не стереть,
Господи, знаю, что скоро состарюсь, дай же мне шанс благородно стареть!

Ты удержи меня, Боже Всевышний, думать, что должен на всё и всегда,
Тратить свои сокровенные мысли, ждущим совета и даже суда!

Господи Святый, спаси от стремленья, вмешивать нос свой в чужие дела,
Верить, что этот Дворец Просветленья, он вдруг не станет прибежищем зла!

Пусть я всегда размышляющим буду, но не занудой, не демоном дня,
Чтоб никогда в поце…
… показать весь текст …

— Константин Георгиевич, как вы стали врачом? — Случайно! — со смешком ответил командир. — Я понимаю, чего вам хочется. Рассказа о призвании, верно? Что-нибудь жалостливенькое — увидел, как собачке переехало лапку колесом, наложил лубки, она ко мне привязалась и впоследствии спасла меня от разбойников, а я посвятил свою жизнь страждущему человечеству. Так? Устименко неприязненно молчал. — Сопите, — сказал Цветков, — недовольны! Нет, мой дорогой друг, всё было не так. Жизнь куда сложнее жалостливых хрестоматийных историек.