Вера Белкина

Сыграй мне музыку, скрипач, сыграй красиво, не спеши.
Тебе смогу я подыграть на струнах собственной души.
Сольём мелодий двух нектар. Зажжётся факел на двоих.
Не растеряем сердца дар. Бог — повелитель этих игр.
И музыка звучит в тиши. И странно сладок скрипки плач.
Златую сказку для души играй, волшебник мой, скрипач.

Когда устанет свет, и кошка ночь крадётся, ты прибегай ко мне —
Согреться.
Когда тяжёлых бед рюкзак свинцовый наберётся, неси его ко мне —
Освободиться.
Когда в лучах побед печали тень найдётся, ты прилети ко мне —
Обняться… и вместе плакать о судьбе.

Цветы затаились, блистает луна.
Земля засыпает, устала она.
Дома, разогретые солнцем за день,
Свой каменный жар стелят в серую тень.
Затихли ветра. А угасший закат
Надел над землёй чёрный бархат-наряд.
Холодными звёздами в жуткой дали
Вселенная смотрит на дремлющий мир.
Смешал ароматы вечерний покой;
Усладу-сирень пьёт асфальтовый зной,
Шелка и духи от шарфов на лету
Вдыхает листва в потемневшем саду.
Торжественно-медленно движется тишь.
Идёшь по аллее — и будто паришь.
… показать весь текст …

Запомни утро с выходом тепла из горизонта.
Сначала две, затем сто тысяч птиц запели.
В корзинке булочки, И молоко с клубникой.
И розово-сиреневые тени по стенам.
Запомни ветер ласково-ленивый тихим утром.
Так нежно испугавшись, тень с кустов слетела.
По кружевам оконным солнечные блики.
И над рекой, как тихий дальний сон, исчез туман.
Запомни руки, они сжали твои плечи крепко.
Запомни локонов светящихся качели.
День новый бесконечностью своей заплакал…
Верь, это утро через вечность вновь вернётся к нам.

Я слышу звук луны на стон похожий.
Как тонут в космос сны! Им ночь поможет.
Душистое сирени колыханье
Напомнит мне других ветров дыханье.
И звёздный ливень с неба в сон немой
Прольётся всепрощающей волной,
И позовёт, и понесёт туда,
Где сны хотят остаться навсегда.
Где плавает в седых морях луна,
Кометы где летят, как и она,
Свет отражая. Свет чужой. Быть может
Сны вспомнят звук луны, на стон похожий.

Руки протянутой волшебная печать
Окольцевала навсегда сердечный свет.
Мне возвращения в начало — уже нет.
И картам веером уж больше не лежать.
В руке протянутой — вся прожитая жизнь.
В ней будущая жизнь. И в ней весь мир.
Легко и шёлково любовь дарить кумиру,
Когда в ладони солнечного счастья луч лежит.

Вы предо мной в тиши рыдали. Необъятно
любовь пылала в шёпоте невнятном.
И внешних звуков ветра, птичьих гамов
Вы не слыхали — вы молились в храме.
За тёплыми слезами, светлой пудрой
блистал ваш бледный лик, святой и мудрый.
Зачем судьбы узнал я вашей муки?
Зачем я стал создателем разлуки?
Здесь, в этом мире, каждый — бедных душ убийца.
Напрасно всё… осталось лишь молиться.

У печали нету цвета, нет и формы у неё.
Плачет сердце до рассвета, точат слёзы бытиё.
Запахнувшись в пух одежды, на балкон, в ночную синь —
босиком слечу в надежду, вкусно нюхая сирень.
Промелькнёт звезда в сирени меж пушащихся ветвей,
вес тоски вплетая в тени, и предложит слиться с ней.
Слиться с цветом её дымки, слиться с холодом пространств,
пролететь с ней по тропинке меж космических убранств.
Ускоряя мысли, волю, забывая про печаль,
отрывая вместе с болью тела маску, мчаться вдаль.
Мчаться с белою звездою, одиночество поправ!
Потерять печаль глухую! И тоску лишить всех прав!
Мёд свободы пить без страха, обретая смысл во всём!
Заплетать в крутое эхо наслажденье бытиём.
… показать весь текст …

День запрещает искать покоя.
Бусы имён. Ожерелья встреч.
Солнце смакую. Улыбка зною.
Что ж? В суетных вихрях забыта ночь?
Нет, не задремлет в отсеке мозга
верность ночная горячих губ.
Не затемняются солнцем звёзды
искристых глаз, тех, что ночь зовут.
О, не закроем глаза до рассвета!
Просьбу мою исполни, счастье.
В отсвете дня взвилась ночь эта —
будто в звёздном венке подвенечного платья.

Тёплый вечер гладит щёки мне цветочными ветрами,
Мне закат розовощёкий улыбнулся облаками.
Томный шелест тополиный сказку шепчет мне на ухо,
И лишь посвист соловьиный будоражит вечер тихий.
Я сижу под лунным бликом на балконе белоснежном
Меж шатром из звёзд великим и ковром левкоев нежных.
Я пою со звёздным хором. И пьянею от цветочных,
Льющих в воздух хмель, ликёров средь ночных туманов сочных.
В жизни было много нежных вечеров под лунным взором,
Но вот этот — безмятежный — позабуду я не скоро.