Александр Самчук

Тишина, темнота, даже спят фонари,
мне же спать не позволила память-истица…
Только ночь на порог — норовит возвратиться
и опять до утра о войне говорить…

Захлебнулся рассвет кашей снега с дождём,
хрипло кашляя, ветер простуженный бродит…
Из ущелья Панджшерского выбрался вроде,
но оно расписалось на сердце моём…

Ближе к полудню солнце решило — пора
показаться, — и серые тучи пробило…
Сожаление спрятать во взгляде не в силах,
улыбаться старается мне медсестра…
… показать весь текст …

Какая разница, ей Богу,
где похоронят, вслед за кем?
Ни крест, ни памятник не могут
служить пристанищем тоске.
Обняв надгробье не согреться
любовью, что во мне жила.
Она звучит в часовне сердца
звоня во все колокола
тревоги, нежности, печали…
да что об этом говорить.
Всему свой срок.
Сейчас я счастлив —
весна снаружи и внутри!
Не нужно горя от ума мне,
… показать весь текст …

Книгой, вроде, не делился…
Где взяла её, скажи?
Ты гуляешь по страницам
распахнувшейся души.
Вход в неё не запаролен
и дверей в помине нет…
лишь ромашковое поле
над которым — веры свет.
Прикоснись к нему, не бойся,
ощути любовь в груди…
в наше будущее кольца
на ладони приюти.

Эпилог мной не написан, —
… показать весь текст …

Вожделенный божественный остров
домом стал во Вселенной моей,
но найти его было не просто
даже с картою звёздных морей…

Снился часто таинственный остров,
миражом возникал среди дня,
неизбывной потребностью острой
к берегам долгожданным маня.

Наконец-то возвысился остров,
сквозь туманы пробился маяк:
лучик праведной веры неброско
указал, где обитель моя.
… показать весь текст …

Снега сомнений выпали на Душу,
безумно трудно вырваться наружу,
и в мантию судьи оделась жизнь.
Держись же моя девочка, держись!

Над косностью, безверием, тоскою
взмывай с мечтой и затмевай собою
прогнозов серость, мыслей типажи…
Держись же моя девочка, держись!

Храни огонь свечи зажжённой Богом,
делись теплом с людьми, которым плохо,
слепым — дорогу к свету проложи.
Держись же моя девочка, держись!
… показать весь текст …

«Афган» не дал сегодня спать, хожу по комнате опять,
пытаясь в сердце боль унять, а слёзы душат, душат, душат…
курю в открытое окно, таблетки пью пригоршней, но
сжимает горло приступ вновь и душу сковывает ужас.
Не от того так больно мне, что раны ноют всё сильней…
терзает память, спасу нет: срывать, в который раз, заставив
в бреду горячечном бинты, и от предсмертных стонов стыть…

всё меньше клеточек пустых, — они заполнены крестами
не только тех, кто там убит, и тех, кто здесь сошли с орбит,
навеки вышедши из битв — пускай земля им будет пухом…

к утру и сам себе не мил, претит общение с людьми,
мне так охота, чёрт возьми, забившись в самый дальний угол
… показать весь текст …

Утро,
в храм захожу, не терзаясь сомненьем — зачем?
Легче
душу открыть здесь, сакральности чувств не тая.
Будто
лики святых оживают в мерцаньях свечей…
Вечен
Троицы свет, как незыблема вера моя.
В гуще
моря людского молясь на коленях стою…
Может
поздно уже мне прощения ждать от Творца?
Пуще
жизни, подаренной Небом, девчонку люблю!
… показать весь текст …

Рота «на марше», засада, взрыв… кажется цел, но башка гудит…
рядом Володя рыдал навзрыд, что-то большое прижав к груди…
мать твою, это… за что же так?!
- Тише, прорвёмся… не дрейфь десант!
И, подхватив, оттащил за танк, где через миг отрубился сам…

Господи, Господи… как же гро…, словно в виски молотки стучат…
да, наломали душманы дров… как же без ног тебе жить, бача???

Бой позади, нас везёт «броня», лёг на колени ко мне братан…
в горле комок, не могу принять то, кем Володя сегодня стал…
посл…
… показать весь текст …

В прозе текст писать — пустяк.
Сочинять стихи сложнее:
в поле травка зеленеет,
в небе ласточки летят…

- Не жалей, поэт-сентябрь,
что досталось солнца меньше…
Ради наших милых женщин,
сделай сказочным себя.
На палитре размешай
все оттенки тёплых красок,
чтобы на холсте прекрасном
расцвела твоя душа!
О любви найдя слова,
… показать весь текст …

В грехах нет тяги каяться
в 17 юных лет.
Вовсю цветёт акация,
и я навеселе
от выпитого медленно
бальзама нежных губ,
когда с весною ветреной
отправился в загул.
Ах, Любонька Лисицина,
как были мы близки,
пока на платье ситцевом
дремали васильки…
Казалось, преднамеренно,
чтоб лучше видеть нас
… показать весь текст …