Марина Корсакова

Конец любого света неизбежен.
Последний солнца луч… устало нежен
Его прощальный жест — любви касанье,
Не тронутой уделом привыканья.
Борьбе приличий, доводам рассудка —
Людским игрушкам — ни одной минуткой
Не удержать могучего отлива.
Все вОвремя.
И потому — счастливо.

Бродить без всякой цели, в хмурый день дождливой надоевшей непогодой под низким и лохматым небосводом, на горизонт надетым набекрень… скользя, спускаться вниз, к речной воде, где мокнут ивы, сгорбившись, как цапли, где куст калины в ягоды и капли к невиданному балу разодет… молчать, пока не ведая конца, дождь растворяет помыслы и тени — частицею алхимии осенней на стадии плавления свинца.

каждый не раз понимал, что Душа перелётна, и когда-нибудь ей доведётся — взлететь от Земли…

Я все смогу, я наколдую встречу,
Я мысли, как табун коней вспугну,
И увлеку их за собой далече
В ту летнюю песчаную страну.
Я в твой покой вкрадусь неуловимо
Тревоги беспричинной холодком,
Пройду, сердцебиеньем ощутима,
Невидимою гостьей под окном.
И лишь любви твоей мне не дано
Ни оживить, ни отогреть от стужи…
Я все могу, но мой огонь не нужен,
И слишком жарок для меня одной.

Наверно, нужно путаться и рваться,
Чтоб пониманьем прояснился взгляд,
Непросто исцелять свои шестнадцать,
Когда тебе уже за пятьдесят,
Но с каждым днём спокойней и свободней
Та девочка — нашедшая Себя
В моём живом и трепетном Сегодня,
Где способ жить всего один — Любя…

Спасибо, дорогое чувство долга,
За этот хоровод сгоревших лет,
За то, как ты старательно и долго
Скрывало от меня пленённый свет,
Без твоего несносного ухода
Я прожила бы счастливо вполне,
Но без тебя бесценный вкус свободы
Не стал бы никогда так дорог мне.

Как воду в чаше, Душу отстоять,
И разделить, как в первый день творенья,
На плоть земли сырой и неба гладь
Ее порывы, чувства, впечатленья.
И нетерпенье шага усмирив,
Нести сквозь день сосуд незамутненный,
Как носят на плечах Востока жены
Земную чашу, капли не пролив.

Уплывай за буйки, наслаждаясь свободой желанной,
Это только у страха глаза, говорят, велики,
Ах, как дивно легки мотыльковые крылышки планов!
А когда они — прахом, то ищешь глазами буйки…

Незаполняемы пустоты,
И друг былой незаменим,
Что стоит жизнь, коль ничего ты В ней не зовёшь уже своим?
Решай, пока мгновенье длится,
Начало выбрать иль конец,
Свобода — пуля или птица,
Душа — мишень или ловец…

Мой милый, нрав твой крепок, как скала,
А мой текуч и мягок по природе,
Но не найти мне трещины в породе,
Чтоб боль твою заполнить я смогла.
И ты, отодвигая в забытьё,
Всё, чем нам не сплестись и не сродниться,
Меня оставишь за глухой границей,
Лелея одиночество своё.